— Когда мы подоспели, он уже успел потерять руку, — пояснил здоровяк, посмотрев на раненого товарища, — И пираты хотели его добить.
Промолчав, я задумчиво посмотрел на новоиспеченного калеку. С одной стороны, чудо, что он остался в живых, и это несомненно плюс. Минус же заключался в том, что теперь Джон стал бесполезен, как боец. Что в свою очередь означает, что мой десяток вновь понес потери.
Тихо выругавшись, поминая пиратов и их матерей, я вновь обратил внимание на здоровяка, который, фактически, был моим заместителем.
— Где остальные? — вновь задал я вопрос, уже ранее озвученный этой ночью.
— Отправил их за нашими вещами, — ответил собеседник, смотря мне куда-то за спину.
Заинтересовавшись, что он такого увидел, оглянулся. Увиденное вызвало у меня только недоумение.
Вокруг нас собрались уцелевшие наемники из числа тех, кто нашел в себе силы стоять на ногах. Все они выглядели не лучшим образом. Усталые лица. Грязные от засыхающей крови — своей и врагов. Смотря на наемников, которые были вынуждены сражаться без какой бы то ни было защиты, хотелось вновь выругаться. Пираты смогли очень удачно нас подловить.
— Какие будут указания, — спросил один из наемников, стоило мне обратить на них внимание.
— С хера ли ты у меня спрашиваешь? — удивленно вскинув брови, спросил я, — Узнай у сержанта.
Я уже было хотел отвернуться, но заметил, как замялся обратившийся ко мне боец. Это навело меня на нехорошие мысли.
— Только не говорите, что сержанта убили. — с какой-то толикой надежды спросил я.
— А? — удивился наемник, — Нет, к счастью, нет. Но…
— Говори уже, — поторопил я мужчину, начав раздражаться.
— Он без сознания, — протараторил боец и вжал голову в плечи, словно это он виноват в том, что Астаар в отключке.
Пришлось потратить пару мгновений, чтобы сделать несколько глубоких вдохов в тщетной попытке успокоиться.
— Десятники ваши где? — спросил я, уже было начав распаляться, но почувствовал, как кто-то опустил на мое плечо руку.
Посмотрев, кто это был, столкнулся со спокойными глазами Росса. Он медленно и молча покачал головой. Не сказав ни слова, он более чем красноречиво ответил на мой вопрос.
— Паскудство, — процедил я сквозь зубы, стараясь не выплеснуть на окружающих свой гнев, — Гребанные пираты.
Где-то глубоко внутри я понимал, что злиться уже бесполезно. Но сколько бы я себе это не твердил, меня раздражало, что все идет не по плану. Сжимая кулаки, я поднял голову. Вокруг меня по-прежнему стояли наемники и ждали указаний. Указаний, которые только я могу дать в этот момент.
— Так, ладно, — выдохнув и собравшись, сказал я, — Стащите все тела в одну кучу. Если кто-то ранен, обработайте рану согретым вином и перевяжите. Кому повезло оказаться целыми, помогают раненым.
Потихоньку все начали разбредаться выполнять поручения. Я же задумался, что как только они закончат, необходимо будет приказать, чтобы собирали свои пожитки. Если корабль не сможет плыть дальше, нужно будет перебраться на пиратскую галею.
Кстати, о корабле…
— И потушите уже кто-нибудь эту чертову посудину.
***
252 г. от З.Э. Тирош.
Ират Рексарион.
Задумчиво постукивая по столу, я дождался, когда за него усядется Росс. Он выглядел сильно уставшим. Лицо побледнело, под глазами легли синяки. Сами же глаза были красные от полопавшихся капилляров. Сдается мне, дай ему только возможность расслабиться, как он в ту же секунду отрубится. Неудивительно, если учесть, что он на ногах уже несколько дней. Собственно, как и все выжившие в ночной бойне, включая меня.
— Как там Джон? — спросил я Росса, который только что отпустил обслугу, потребовав у той кувшин вина за наш стол.
Мы сидели в одном из кабаков Тироша, до которого мы все же смогли добраться. Хоть и далеко не в том составе, в котором планировалось. Наша сотня понесла колоссальные потери. Осталась едва ли половина бойцов. И это еще с учетом тяжело раненых, которые только чудом дожили до момента, когда мы сдали их на руки городских лекарей. Выживут они или нет — это уже не наша забота.
— Паршиво, — поморщившись, ответил здоровяк после недолгого молчания, — Но старается не подавать вида.
— Неудивительно, — невесело усмехнулся я.
— Как во… — начал было говорить Росс, но замолчал.
Нас прервала появившаяся дородная дама с кувшином в руках. Ничего не говоря, она шустро поставила свою ношу на стол. Вместе с кувшином на столе незаметно появилась пара неказистых кубков. Пока я разглядывал утварь, женщины и след простыл. Исчезла так же быстро, как и появилась.
— Сам понимаешь, — продолжил наемник, взяв кувшин и разлив вино по кубкам, — Воин из него теперь никакой.
— Руки коротковаты, — невесело пошутил я, вызвав слабую усмешку со стороны собеседника.
