Гончаленков осторожно приблизился к нему и перевернул труп. Вся передняя часть туловища оказалась искусана, ободрана, а лицо начисто обглодано. Визуально определить пострадавшего не было возможности, в том, что он был мертв, сомнения не вызывало.
– Вот блин… - сморщился Калинкин и поспешил отвернуться от увиденного.
– Погляди-ка в соседней каморке, - приказал «старлей».
Калинкин в лучших традициях боевика взял автомат в положение «для стрельбы из положения стоя с упором приклада в плечо», приблизился к двери, распахнул ее, толкнув стулом. Щелкнул выключатель и донесся возбужденный крик:
– Шеф, тут еще один труп!
Гончаленков и Петро ринулись на зов. На кровати, поверх одеяла лежала Лошадникова, на ней был спортивный костюм и телогрейка, следов крови пока не наблюдалось. Петро принюхался, как опытный доберман.
– Водярой пахнет, кажись, нажралась перед кончиной, старая пропойца.
– На себя посмотри, - посоветовал Калинкин, - Синяк…
– Был бы ты без погон, я бы тебе сказал, кто тут синяк, – в стороже проснулся боевой дух.
– Да я тебя, - зашипел Калинкин, грозно шевеля ушами.
Тут Лошадникова неожиданно зашевелилась, перевернулась на бок и открыла глаза. Заведующая клубом обвела стоящих над ней мутным взором и разразилась бранью:
– Ну, че уставились, извращенцы? Пьяную спящую бабу не видели что ли!? Дожили – менты и те озабоченные пошли.
Лошадникова вновь впала в забытье и уже никакие меры пробуждения не могли хотя бы ненадолго вернуть в состояние прерванного диалога.
– Что тут случилось? – не выдержал напряженного молчания Калинкин, - Почему ее не тронули, и кто это сделал?
Гончаленков вышел из коморки и стремительно пнул ногой один из пакетов с закуской, что валялись на полу. Из него с возмущенным писком выскочили две огромные крысы, злобно блеснули желтыми глазами и скрылись.
– Вот тебе и ответ на вопрос, - сказал участковый и швырнул пустую водочную бутылку в дальний угол, угодив в еще одну крысу.
Петро на почтительном расстоянии разглядел поверженного грызуна и авторитетно заявил:
– Это магазинные крысы.
– Ты их в лицо что ли знаешь? – дерзко задал вопрос Калинкин, ему хотелось ещё раз сцепиться словесно с наглым сторожем и раздавить его в споре.
– Такие жирные только в нашем магазине были. Я же говорил, что крысы два дня назад мигрировали ночью из складов после непонятных вспышек в лесу, - доказывал свою версию Петро, - К тому же что им делать в клубе, тут же жратвы нет.
– Как видишь, есть, - указал младший сержант на следы пирушки, - И даже выпивка имеется.
– Поэтому крысы и ворвались сюда, - не отступал сторож, - Учуяли еду и вспышки света сегодня тоже были.
– Какие еще вспышки? – Калинкина злило, что он никак не мог одержать верх, - Это у тебя от бухла перед глазами вспыхивает. Тоже мне, специалист по крысам.
– Что ты сказал о вспышках, Петро?
– Я говорю, что этот свет или что-то еще напрямую связан с поведением животных. Все, что произошло плохого в последние дни, случалось или во время свечения в лесах, или немного погодя…
Естественно против данной теории выступил Калинкин:
– Шеф, да у него делирий! Чего его бердовые базары выслушивать!
– Чего у меня? – не понял Петро.
– «Делириум тременс», - почти верно на латыни произнес Калинкин и тут же дал энциклопедическую выкладку, - Белая горячка или бред алкоголика.
– Он прав, - согласился «старлей» со сторожем, - Про эти вспышки я слышал от многих в деревне, а ветеринар в последнее время вечно жаловался, что к нему толпами валят укушенные, ужаленные, оцарапанные своей скотиной.
Лицо Калинкина приняло озадаченный вид.
– Шеф, вы намекаете на массовую эпидемию бешенства среди животных?
– Намекает студент при первом свидании, - ответил Гончаленков, - Я лишь сообщаю факты, я не зоолог и не эпидемиолог, чтобы говорить о бешенстве.
У Калинкина родилась очередная гипотеза, и он поспешил ей поделиться:
– Шеф, а может это диверсия?
– Чья?
– Международных террористов.
Даже Гончаленков рассмеялся.
– Ну, ты загнул! Уж не Усама Бен Ладен ли взбесил местных быков и крыс?
– А что? Хоть и Бен Ладен мёртв, но «Алькаида» уже пыталась распространить споры сибирской язвы во многих странах мира… Да, и «ЭГИЛ» не дремлет!
– И теперь мировой терроризм решил нанести удар по важнейшему объекту России – деревне Ворошиловке, - с серьезным видом иронизировал участковый.
Калинкин был оскорблен до невозможности, его уши пылали гневом возмущения, но Гончаленков не дал ему шанса отыграться:
– Я знаю одно: у меня за ночь четыре трупа и в графе «причина смерти» придется писать укушен сотней пчел, загрызен крысами, ударен в печень рогом быка. Расследование убийства Шевелева сразу же зашло в тупик, кроме того, за четыре дня ещё шестеро местных жителей пропали без вести. Не слишком ли для одной деревушки с населением в три сотни человек? Ты прав, сержант, все это походит на продолжение знаменитых «Икс-файлов».
Калинкин просиял довольным видом:
– Шеф, я почти никогда не ошибаюсь в таких делах.
