Я не успеваю даже рта раскрыть, как Ольга уже закрывает мне его своей ладонью. Лера и Дима прижимаются к стене, словно она может их укрыть.
Звук приближается явно со стороны лестницы и узкого коридора, из которого мы изначально вышли к этой освещённой площадке. Неужели на лифте приехал именно этот жилец? Почему он продолжает нас преследовать и как нам удалось с ним разминуться?
Оля жестами поторапливает нас, чтобы мы успели скрыться в боковом проходе с парой квартир. Мы ныряем в полумрак коридора, бесшумно скользим вдоль дверей, надеясь, что этот ход выведет нас к такой лестничной клетке, где будет шанс убежать от преследователя. Но впереди нас ждёт жесточайшее разочарование. За поворотом коридор обрывается тупиком, где нет ничего, кроме широкой трубы забитого мусоропровода, из люка которого торчат чёрные пластиковые пакеты. Вонь здесь стоит невообразимая, но где-то за спиной мы слышим отчётливый лязг закрываемой стальной решётки и звук двигающихся механизмов.
Оля торопливо заталкивает нас в самый угол, за широкую трубу мусоропровода, и прячет за своей спиной. И мы все притихаем, полностью обращаясь в слух и молясь, чтобы жуткий механический жилец сюда не добрался.
Он спускается по лестнице, ведущей к освещённой площадке. Я слышу, как его металлические ходовые части стучат о бетонные ступени. Наш преследователь медленно пересекает площадку, и если до этого момента я всё ещё надеялась, что он уедет на лифте или пойдёт вниз, в тупик, и у нас появится хотя бы один шанс проскочить мимо него, то теперь моя надежда умирает.
Пугающий до дрожи звук приближается к нам. Механический жилец входит в коридор, ведущий к мусоропроводу, и мы все вздрагиваем каждый раз, когда его металлические ноги или лапы стучат об пол.
Из-за поворота появляется тень. Огромное и несуразное тёмное пятно, практически полностью закрывающее собой весь проход. Что же это за чудовище такое?!
Мне кажется, что моё сердце вот-вот остановится от охватившего меня ужаса. Эта скрежещущая машина сейчас неминуемо повернёт к нашему укромному убежищу. И я уже сто раз за последние пару секунд успела пожалеть, что привела в этот мир сестёр и брата. Не надо было открывать проход в это искажённое измерение с его опасными обитателями, не надо было даже пытаться отыскать здесь Сто Девяносто Девять. Я лишь накликала беду на свою семью, и теперь нам даже некуда бежать. Мы в ловушке.
Лера рядом тихо подвывает от страха, зажав себе рот обеими ладонями. Дима жмётся в углу, спрятав лицо в боку Аха. Кот, встопорщив шерсть, нервно мотает хвостом из стороны в сторону. Ольга бледна, но ни на минуту не опускает руки, которыми закрывает нас.
Из-за поворота медленно появляется длинная механическая нога. Следом за ней показываются и остальные. Восемь металлических паучьих лап двигаются синхронно, впечатываясь в бетонный пол и подтягивая остальное тело с характерным шуршащим звуком. Поверх них лежит широкая металлическая платформа, покрытая слоем машинного масла и соединённая с грудой человеческой плоти. За обилием свисающей кожи, покрытой шрамами, почти не видно двух иссушенных рук, безвольно опущенных по бокам. Тело ничем не прикрыто и не имеет ног – их ему заменяют механические паучьи лапы. Гору плоти венчает маленькая лысая голова на широкой мясистой шее – без ушей, носа и рта. Отвратительного вида нечто взирает на нас свысока маленькими, глубоко запавшими чёрными глазами. Он практически полностью перекрыл проход, и у нас нет шанса обогнуть его и убежать.
Я чувствую, как дрожу от ужаса и омерзения, не в силах пошевелиться и даже вздохнуть. Будто мне снится какой-то кошмарный сон, и я никак не могу проснуться.
Полумеханический жилец молча взирает на нас. Он больше не двигается, а просто стоит напротив, изучая нас, сжавшихся в углу от страха. Что теперь будет? Мои глаза беспорядочно скользят по его торсу, пока я не замечаю на толстой шее неприглядного вида багровый шрам. Это восьмёрка.
Неужели это жилец из восьмой квартиры, в которую мы стучали, чтобы попросить о помощи? Получается, он пошёл за нами наверх…
Довольно неожиданно даже для меня самой у меня прорезается голос:
– Простите… Мы ищем Сто Девяносто Девять…
Оля сразу же толкает меня локтем, заставляя замолчать. Да я уже и не собираюсь продолжать. Смелости хватило лишь на эти две фразы, а теперь горло вновь сжимается от спазма.
Однако мои слова будто оказываются для Восемь понятны. Он склоняет голову, медленно разворачивается и удаляется обратно по коридору, переставляя свои механические лапы с характерным повторяющимся звуком.
Мы даже не верим своему счастью.
– Неужели он ушёл? – боязливо шепчет Дима.
– Тсс! – шипит Оля.
И мы продолжаем прислушиваться.
