Гнездо желны полностью

– К сожалению… Надеюсь, они с Димой не заблудились и не пропали в каком-нибудь из промежуточных измерений.

Сбоку от нас, всего в паре метров, раздаётся раздражённое шипение и непривычный уху треск.

– Смотри… – побелев, шепчет Лера.

Я оглядываюсь. Из ближайшего к нам заваленного обломками угла высунулась красная двухголовая змея, свернувшаяся кольцами в своём небольшом убежище и теперь явно раздражённая появлением незваных гостей. То и дело мелькают её раздвоенные языки, и угрожающе трещит погремок на конце её хвоста.

– Медленно и тихо уходим…

Мы боком выбираемся из развалин, стараясь не подступать близко к опасному пресмыкающемуся. Приходится найти другое укрытие и предварительно внимательно его осмотреть. Спрятавшись от жара четырёх солнц под дырявой крышей пустого сарая, до середины утонувшего в песках, мы думаем, как нам быть дальше.

– Тут вообще есть что-нибудь кроме песка, обломков и змей? – спрашивает Лера, пытаясь распутать пальцами свои короткие светлые волосы, свалявшиеся в колтуны.

– Я читала про этот мир. Это сплошная пустыня, практически лишённая жизни.

– И как мы вернёмся отсюда домой?

– Не знаю… Но мы можем попытаться позвать Ольгу. Глядишь, ей удастся нас отсюда вызволить.

Я закрываю глаза, вспоминая старые уроки тётушки Инессы, и прислушиваюсь к собственному сердечному ритму. Мерное биение успокаивает меня, очищая голову от посторонних мыслей. Я касаюсь пальцами груди и концентрируюсь на таком знакомом и любимом облике старшей сестры.

Оля, Оленька, милая, услышь меня, пожалуйста!.. Подчинись моему зову, зову родной крови, найди меня, приди ко мне. Мне нужна твоя помощь!

Даже сквозь прикрытые веки я ощущаю и вижу, как от моей груди тянется витая красная нить, которая уходит вперёд и растворяется в других измерениях, чтобы найти кратчайший путь к сердцу Ольги.

Где-то поблизости слышен поворот ключа в дверном замке, а потом раздаётся пронзительный скрип несмазанных дверных петель.

– Варя! Варя, где ты? – звучит неподалёку обеспокоенный голос Ольги.

Лера первой выбирается из нашего укрытия и бросается в ту сторону, откуда доносится голос старшей сестры. Дверь соседнего сарая, покосившаяся и облезлая, вся в хлопьях ржавчины, распахнута, а на пороге, озираясь по сторонам, стоит Оля. За её спиной виднеется знакомая прихожая нашего гнезда и круглое бледное лицо Димы, у ног которого вьётся белоснежный Ах.

– У меня получилось! – безумно гордая собой, я быстро вскакиваю на ноги и вслед за Лерой устремляюсь прямиком в объятья Ольги.

Дима держит дверь открытой, а мы втроём не можем нарадоваться, стискивая друг друга в объятьях, словно не виделись несколько лет.

– Ты правда услышала мой зов? – всё ещё сияя от счастья, спрашиваю я. – Я так боялась, что ты не сможешь найти нас в этом гиблом мире!

– Ты просто оглушительно громкая, Варька! – Оля ласково треплет меня по всклокоченным волосам. – Я только успела схватить ключ и подумать о том, что хочу открыть проход туда, куда зовёт меня твоя кровь, как ключик мгновенно распахнул дверь в эти пески! Я даже не представляла, что такое возможно!..

– Уйдём отсюда поскорее, – просит Лера, дёргая нас в сторону Димы.

– Конечно! – восклицает Оля, но почти сразу же совсем тихо добавляет: – Только, боюсь, вам совсем не понравится то, что вы увидите в гнезде…

Мы наперегонки бросаемся к распахнутой двери.

То, что открывается нашему взору, когда мы переступаем порог, вряд ли можно назвать домом. От прежнего уютного светлого гнезда ничего не осталось. Комнаты с пола и до потолка захватила гниль, даже мебель и люстры покрыты толстым слоем ворсистой плесени. В тяжёлом спёртом воздухе витает запах сырости и разложения, и дышать в квартире совершенно нечем.

Как только за нами захлопывается проход в измерение песков и алого небосвода, все, не веря собственным глазам, бросаются осматривать дом.

– Мы сами буквально минуту назад вернулись в гнездо, когда я услышала твой зов. Даже понять толком ничего не успели, – кричит мне из прихожей Ольга, пока я с отвращением сдёргиваю со своей кровати в детской чёрное от плесени покрывало. – Всё бродили по тому городу под ливнем, искали, куда же ты побежала догонять иномирца с Лерой…

– Что тут вообще произошло? – поражённо спрашивает наша младшая сестра, заглядывая в ванную, где на кафеле выросли целые холмики плесени.

– Кажется, пока нас не было, наше гнездо практически полностью сгнило, – с горечью подвожу я итог, выходя обратно в коридор и отряхивая руки.

– Но ведь мы не так долго отсутствовали! – возражает Дима, распахивая занавески на кухне и выглядывая в тусклое окно. – Сейчас середина дня. А мы ушли вечером.

– Тут определённо что-то не так, – доносится до нас голос Ольги. Она забирает из детской свой планшет и возвращается в прихожую, показывая мне чёрный экран. – Он полностью разряжен!

– И что? – не понимаю я.

– За полдня – да даже день – он бы никогда не разрядился…

Поставив планшет на зарядку и дождавшись, пока он включится, мы все вчетвером обеспокоенно вглядываемся в дату на экране.