Го юй (Речи царств) полностью

Му-цзы ответил: “Мой правитель послал меня, Бао, сюда продолжить дружественные отношения, установленные прежними правителями. Ваш правитель, руководствуясь старыми правилами для приема чжухоу, удостоил меня как посла больших церемоний. Ведь вначале ударили в металлические инструменты, после чего спели песни Сысяфань, Э и Цюй[722], которые исполняют, когда Сын Неба угощает главу чжухоу. Затем спели оды Вэнь-ван, Да-мин и Мян, которые исполняются при встрече двух правителей. Все эти песни прославляют прекрасные добродетели [правителей] и служат для укрепления между ними согласия и дружбы, поэтому послы не смеют слушать их.

Я считал, что музыканты исполняют эти песни, упражняясь в своем мастерстве, а поэтому не решился совершить поклон [в знак благодарности]. После этого музыканты задули в свирели, и были пропеты “Олени кричат” и две следующие за ней оды. Этими песнями правитель жалует послов [во время угощения], и разве я мог не поклониться в знак благодарности?! Ведь одой “Олени кричат” ваш правитель выразил похвалу дружественным отношениям, существовавшим между нашими прежними правителями, поэтому разве я мог не совершить поклона, услышав похвалу?![723] Одой “Четверка жеребцов” ваш правитель отметил меня как посла за мои труды, и разве я мог не совершить поклона, услышав это?! Одой Хуанхуанчжэ хуа ваш правитель наставлял меня как посла, говоря, что, если каждый будет думать о себе, он не поспеет[724] [выполнить возложенное на него поручение] и что, советуясь, строя планы, взвешивая и расспрашивая, непременно следует беседовать с добрыми людьми, и разве я мог не совершить поклона, услышав наставления?!

Я слышал, что корысть [появляется], когда каждый думает о себе[725]; беседовать о делах значит советоваться[726]; беседовать о трудностях значит строить планы[727]; беседовать о правилах поведения значит взвешивать [свои поступки]; беседовать с родственниками значит расспрашивать, а преданный и пользующийся доверием является добрым человеком.

Ваш правитель удостоил меня как посла больших церемоний и к тому же указал на шесть добродетелей[728] — разве мог я не совершить ряд поклонов?!”

Когда Цзи У-цзы[730] был занят формированием трех армий[731], Шусунь Му-цзы сказал: “Нельзя [этого делать]. Сын Неба создает войска, а гуны [732] возглавляют их, чтобы совершать карательные походы против лишенных добродетелей. Правители крупных владений создают войска, а сановники[733] возглавляют их, чтобы помогать Сыну Неба [в карательных походах против лишенных добродетелей]. Правители владений, носящие титул хоу, имеют сановников[734], но не имеют [трех] армий, поэтому сановники возглавляют воинов, обученных для охраны, чтобы помогать правителям крупных владений. Правители владений, начиная от носящих титулы бо, цзы и нань, имеют дафу, но не имеют сановников, поэтому дафу возглавляют [военные колесницы и латников], набранных за счет военных налогов и следуют за правителями владений, носящими титул хоу. Благодаря такой системе высшие могут предпринимать карательные походы против низших, а среди низших нет вероломных злодеев.

Ныне во главе нашего владения стоит мелкий хоу, оно находится между крупными владениями и даже если будет только готовить [военные колесницы и латников] за счет подношений и военных налогов для предоставления их правителям, подчиняющимся крупным владениям, и то боюсь, что нас могут покарать[735]. Если же мы станем делать то, что делают правители крупных владений, вызовем лишь гнев больших владений, а этого, по-видимому, делать нельзя”.

[Цзи У-цзы], не приняв совета, все же создал среднюю армию. С этого времени владения Ци и Чу стали одно за другим нападать на владение Лу, в результате чего Сян-гуну и Чжао-гуну пришлось ездить в Чу[736].

Чжухоу напали на владение Цинь, дошли до реки Цзин, но не переправлялись через нее[738].

Цзиньский [дафу] Шу-сян[739] встретился с [луским] Щусунь Му-цзы и сказал: “Чжухоу говорят, что владение Цинь непочтительно и поэтому они выступили наказать его. Однако, дойдя до реки Цзин, они остановились. Какая от этого польза для похода против Цинь?”

Му-цзы ответил: “В своих делах я, Бао, руководствуюсь песней “На тыкве-горлянке появились горькие листья”[740] и не знаю ничего другого”.

Когда [Му-цзы] ушел, Шу-сян вызвал смотрителя лодок и начальника военного приказа и сказал им: “Люди не рвут горькие листья тыквы-горлянки, она годна лишь для переправ через реки[741]. То, что луский Шусунь поет песню “На тыкве-горлянке появились горькие листья”, означает, что он непременно хочет переправиться через реку. Готовьте лодки, расчищайте дороги[742], а не подготовитесь — будете наказаны”.

В этом походе лусцы во главе с цзюйцами первыми переправились через реку, а за ними последовали остальные чжухоу.