Го юй (Речи царств) полностью

Сян-гун[744] выехал в Чу, но, прибыв на реку Хань[745], услышал о смерти Кан-вана[746] и хотел возвратиться обратно.

Шучжун Чжао-бо[747] сказал: “Вы, правитель, прибыли сюда не ради одного человека[748], а из-за титула[749] и многочисленности войск, которыми он располагает. Ныне ван умер, но пока его титул не изменился, а войска не разбиты — зачем же вам возвращаться!”

Все дафу хотели вернуться обратно, а Цзы-фу Хуэй-бо[750][даже] сказал: “Поскольку мы не знаем, что делать, не лучше ли пока согласиться с правителем?”

Шучжун возразил: “Вы прибыли сюда не ради собственного спокойствия, а в интересах владения. Поэтому вы не страшились трудностей дальнего пути и были готовы повиноваться приказам владения Чу. [Вы ехали] не потому, что уважали Чу за справедливость, а потому, что боялись титула его правителя и силы его войск. Уважающий других за справедливость, естественно, поздравляет их в радости и выражает им сочувствие в печали, тем более так поступают те, кто боится других и подчиняется им.

Зная, что владение Чу внушает страх, вы выехали туда, а услышав, что в Чу траур, хотите возвратиться обратно. Однако если престол унаследует представитель фамилии Ми, кто, кроме него, будет руководить похоронами?[751] К тому же наследник [умершего] вана уже взрослый, лица, держащие в руках бразды правления, не заменены на своих постах, и если мы, прибывшие сюда из-за покойного вана, вернемся обратно после того, как он умер, кто из них признает, что новый правитель хуже умершего? Если бы [у себя в Лу мы услышали, что в Чу] предстоят похороны, мы бы выехали [для участия в них], но сейчас, услышав о похоронах, мы собираемся вернуться обратно, так кто же не скажет, что это оскорбление? [Лица, держащие в руках бразды правления в Чу], служат своему правителю и управляют делами владения, так кто же из них допустит сейчас двуличие среди чжухоу? Стремясь смыть нанесенное оскорбление, они будут действовать более энергично, чем прежде, и разве тогда вражда [между двумя нашими владениями] не станет еще большей? Стремление смыть оскорбление лишает страха, держащие в руках бразды правления будут без двоедушия служить своему правителю, и если, руководимые сильной враждой, они начнут запугивать наше маленькое владение, кто сможет противостоять им?

Вместо того чтобы соглашаться с правителем и идти навстречу бедствиям, не лучше ли нарушить его волю, чтобы избежать несчастья? К этому следует добавить, что благородные мужи сначала вырабатывают планы, а затем действуют, но разрабатывали ли планы вы, дафу? Если бы имелись средства для отражения Чу и была проведена подготовка для защиты Лу, тогда можно было бы вернуться. Если же этого нет, лучше ехать [в Чу]”.

После этого [Сян-гун] поехал [в Чу].

Когда, возвращаясь обратно, [Сян-гун] прибыл к горе Фан-чэн[752], он услышал, что Цзи У-цзы неожиданно напал на Бянь[753] (и занял город]. Сян-гун хотел вернуться в Чу с просьбой выслать войска для нападения на Лу.

Жунский Чэн-бо[754] сказал: “Нельзя [этого делать]. Правитель должен обладать большим авторитетом у слуг. Если он не может отдавать приказы в своем владении, а полагается на чжухоу, кто из чжухоу станет поддерживать с ним близкие отношения? Допустим, вы получите чуские войска для нападения на Лу, но коль скоро в Лу не выступили против Су[755], захватившего Бянь, это означает, что лусцы, несомненно, подчиняются его приказам и непременно будут упорно защищаться. Если Чу одержит победу над Лу, представители фамилии Цзи не смогут больше следить за делами [в Чу], так что же говорить о вас![756] Правитель Чу также, несомненно, поставит [в Лу] членов своего рода, чтобы подчинить восточных варваров, и начнет усиленную борьбу с различными владениями в Ся[757], чтобы установить свое господство над всей Поднебесной, и разве он проявит к вам милость и отдаст [вам Лу]?!

Допустим, Чу не победит Лу, а вы во главе южных варваров станете нападать на него, стремясь снова вернуться в Лу, но успеха в этом, несомненно, не добьетесь. Лучше отдать [город Бянь Цзи У-цзы]. Су служит вам и не посмеет не исправиться. Он как пьяный, который во хмелю сердится, а протрезвившись — радуется; так чего же вам печалиться! Езжайте, правитель, в свое владение!”.

После этого Сян-гун возвратился в свое владение.

Когда Сян-гун находился в Чу, Цзи У-цзы захватил город Бянь и послал Цзи Е встретить [Сян-гуна]. Затем вдогонку [Цзи Е] он отправил письмо, заверенное личной печатью, в котором докладывал: “Жители Бянь хотели поднять восстание, но я наказал их и подчинил себе”.

Сян-гун не успел ничего сказать, как выступил жунский Чэн-цзы: “Цзи У-цзы — ноги и руки владения Лу, фактически он решает дела владения. Если только он найдет это выгодным для себя, то зачем ему ограничиваться городом Бянь? Жители Бянь совершили преступление, а он выступил против них в карательный поход, что является его обязанностью, — для чего нужно докладывать об этом?”