«Думаю, что вы правы, товарищ Бергман, – так же мысленно ответил я. – Только вот для нас было бы желательно вовсе избавить товарища Ленина от этого паразита, чтобы не приходилось усилием воли контролировать каждое его движение – и тогда он превратится в милейшего человека и надежного соратника».
«В идиота он тогда превратится, – буркнула товарищ Бергман, – в растение и животное одновременно, ибо этот демон укоренился в нем с гимназических времен и стал неотъемлемой частью его личности. Держать под спудом его можно, а вот удалить не получится…»
На этом обмен мнениями об особенностях личности товарища Ульянова-Ленина завершился, о чем обсуждаемый даже не узнал. И хорошо. Ведь нам еще предстоит сообщить ему, что он неинициированный колдун, что наверняка его шокирует, а также, что в нем сидит этот самый демон, из-за чего его инкарнация в предыдущем мире была уничтожена Коброй за неспровоцированное нападение на нашего товарища. И чем раньше мы это сделаем, тем лучше.
– Товарищ Ленин, – сказал я, подзывая к себе вождя мировой революции, – можно вас пригласить на небольшие переговоры тета-тет? Только вы и я под Пологом Тишины.
– Никак не могу привыкнуть к этим вашим волшебным штучкам, – сказал Ильич. – Раз – и нас никто не слышит, хотя люди совсем рядом и хотели бы знать содержание нашей беседы.
– Этот разговор будет касаться только вас лично, и никого более, – сказал я. – Дело в том, что нам известно, что вы тоже не совсем обычный человек, а проще говоря, колдун…
– Я колдун?! – возмутился Ильич, так что его рыжая бороденка встала дыбом. – Да вы с ума сошли! Я не варю зелья из жаб и не пытаюсь извести царя Николашку, утыкивая его восковую куклу булавками и иголками!
– Зато вы неосознанно собираете энергию со своих последователей и направляете ее в желаемом вам направлении на ослабление существующего миропорядка. Неосознанно, потому что ваши способности не были инициированы, и вы сами о них не подозреваете. Вы уж поверьте нашим специалистам, которые очень хорошо разбираются в этом вопросе. До недавнего времени у вас в России был вполне достойный оппонент, господин Победоносцев, высасывающий соки из подданных русского императора и направлявший эту энергию на консервацию существующего государственного строя. Но вот он умер, и начался пир души – не только у вас, но и у всех нигилистов-ниспровергателей. Еще раз повторю: мы сочувствуем вашим целям, но резко возражаем против методов, которыми революционные преобразования вершились в Основном Потоке. Исполняя тезис Маркса о полном уничтожении государства, вы разожгли на российских просторах ужасную Гражданскую войну, которая могла пожрать и вас самих. И вот тогда вы испугались и принялись с ужасным издержками создавать свое государство рабочих и крестьян, коллективным монархом в котором была назначена партия большевиков. Но неограниченная власть – не партии, а лично вам – прямо противопоказана. Оказавшись в самом центре всеобщего внимания, вы стали собирать на себя огромные энергетические потоки. С одной стороны, это способствовало скорейшему изменению реальности, а с другой, сжигало ваш мозг. Следствием этого процесса стали череда инсультов, три года растительного существования и смерть в совсем нестаром возрасте. В мире товарища Половцева Старшие Братья способствовали вашему переходу на теоретическую работу, возложив все практические дела на товарища Сталина, благодаря чему снизили напряженность энергетических потоков в вашем мозгу и подарили товарищу Ленину дополнительных двадцать лет жизни.
– Интересная концепция… – пробормотал Ильич, – и вот не хочется вам верить, а придется. Ведь вы правильно сказали, что вы специалисты в таких вопросах, а я не знаю даже сам себя. Иногда находит такое, что самому страшно становится. Но самое главное – что вы предлагаете со мной делать в этом случае?
– А что тут можно сделать? – пожал плечами я. – Поваренная книга Старших Братьев гласит, что тут есть два рецепта. Либо вы станете министром труда при новом, крайне молодом монархе, и, облеченный всеми полномочиями, займетесь защитой интересов рабочего класса и крестьянства, или после победы мягкой и почти незаметной революции займете должность председателя первого советского парламента и одновременно главного теоретика государственного строительства. Ведь с момента претворения в жизнь социалистической революции вся прежняя законодательная база Империи рухнет в сортир, и ее надо будет создавать заново. Работы не только вам, но и другим большевикам с полным юридическим образованием хватит на годы вперед. В любом случае всей практической деятельностью будет заниматься товарищ Сталин, освободив вас для теоретических размышлений, а значит, безвременная смерть от перенапряжения грозить вам уже не будет.
– Ну что ж, вынужден согласиться, что это самый разумный подход, которого я мог ожидать. А то снесли бы мне башку своим мечом – и дело в архив, ха-ха-ха! – сказал Ильич, засмеявшись невеселым смехом.
