Девушка отдала ему письмо, не отрываясь от окна. Вирал быстро пробежал по нему глазами и тоже помрачнел.
– Мне идти объявлять?
– Нет. Скажи пока что только лэрам. Народу я объявлю сама.
Вирал встал, поклонился и ушел. Анагон подошла к карте, все так же лежащей на столе на балконе, и стала быстро переставлять фигурки. Вульгус тоже подошёл и встал сзади, наблюдая за действиями Правительницы и стараясь не мешать ей. Наконец, она выпрямилась и отошла от карты.
– Что скажешь?
– Скажу, что левый фронт слабоват.
– Но там Джаримес.
– Который пляшет под дудочку Тьяго.
– Исправь, – покорно склонила голову Анагон. Воин переставил несколько фигурок и удовлетворенно кивнул.
– Теперь хорошо.
Карисси мысленно согласилась с ним. Казалось, не было на карте таких мест, где Даоран мог легко победить.
– Даоран устал ждать ответа. Он начал войну, – в голосе Карисси послышались плаксивые нотки.
– Этого следовало ожидать, – удивительно спокойно ответил воин.
– Он такой жестокий. Я боюсь, Вульгус, – прошептала она. Свежий ветерок, предвестник начинающегося дождя, приподнял краешек карты. На перила упали первые капли. Девушка почувствовала на своих плечах руки воина, и тут же приятное тепло, разлившееся по телу, стало усыплять ее, отгоняя прочь тревоги и делая несущественными страхи.
– Я тоже, Карисси. Я тоже боюсь.
Первая война Севера и Востока началась.
Последующие два месяца были крайне неудачными для Ландана. Каждый день поступали сообщения о новом потерянном городе. Армия Востока, подкрепленная войсками Джаримеса, была несокрушима. Север все сдавал и сдавал свои позиции.
Анагон вновь стояла на балконе перед картой. Рядом замер Вирал, назначенный главнокомандующим армией.
– Мы не можем остановить его продвижение вглубь нашей территории: наших войск в этом районе слишком мало. И мы не можем перебросить войска с восточного фронта, потому что как только мы ослабим там позиции, он нанесет туда удар. И центр мы ослаблять не можем. Что же делать?
Этот вопрос – что же делать? – Анагон задавала себе изо дня в день, но ответа так и не находила.
– Всё верно, нам не хватает собственных сил. Но что, если найти помощь со стороны? – неуверенно и, казалось, немного испуганно, предложил Вирал. Карисси удивленно вскинула бровь:
– Что ты имеешь ввиду? Просить помощи у Конора?
– Не, они объявили о своем нейтралитете в самом начале войны. Как, впрочем, и Джаримес… – хмыкнул воин.
– Тогда о ком ты говоришь? – непонимающе сморщила нос Анагон.
Вирал на несколько секунд замер, а затем, выдохнув, скороговоркой выпалил:
– У Слуг Зимы. Это единственный клан, который никак не может попасть под влияние Даорана. И они невероятно сильны. Если нам удастся заручиться их поддержкой – победа у нас в кармане.
Кошка откинула голову назад, скрестила руки на груди и прошлась по комнате, размышляя. Она помнила ее единственную встречу со Слугой Зимы. И встреча эта была не из приятных.
– Как ты себе представляешь наши переговоры? Никто не знает, где живут Слуги.
– Но есть место, куда они обязательно придут в первый день зимы на свой шабаш. Именно там мы можем с ними встретиться.
– Захотят ли они с нами разговаривать? Это же очень скрытный клан.
– Если мы не попробуем, то не узнаем.
– Это опасно. Они странные, и у них странная мораль, – Анагон помнила, с каким упорством Вирал старался прекратить с ними все отношения. Тан был не из пугливых, а значит, его опасения были не напрасны.
– Первый день зимы для них священен, – настаивал Вирал. – Они не станут проливать кровь без особых причин.
– Покажи, где мы можем их встретить.
Воин указал пальцем на небольшую пустошь далеко на северо-востоке от столицы, окруженную невысокими горами, кольцо которых разрывал лишь узкий проход, идущий со стороны моря.
– Долго до туда добираться?
– Если мы пойдем напрямик, через горы, то неделю. А если пройдем вдоль хребта, через проход, то все две.
– Какое сегодня число? – нахмурившись, спросила Карисси.
– Двадцать первое Месяца Переменчивого Ветра.
– У нас нет двух недель. Нужно отправляться через горы, – она распахнула шкаф и начала выкидывать оттуда вещи, будто собиралась уходить прямо сейчас. Вирал подобрал с пола упавший с тихим звяканьем ремень и спросил:
– Так Вы решили, что мы отправляемся в путь?
– Да. Мы должны попытаться.
Весь следующий день прошел в суматошных хлопотах. Перековывали лошадей, готовили непортящуюся провизию, шили дорожные плащи. Анагон сидела одна в Зале Советов и упорно переделывала списки отправляющихся в поход.
– Сейрин… – вслух задумалась она над очередным именем. – Она может быть нам полезна, особенно, если кто-то заболеет или будет ранен, но она такая хрупкая. Не знаю, выдержит ли она такое путешествие.
– Выдержит, – вошел в комнату Вульгус. Он встал позади трона и наклонился над девушкой. – Козероги нашли ее семилетней, в бродячей собачьей стае. Она смогла выжить там, не думаю, что горы ее испугают.
Карисси усмехнулась.
– Да, ну и история. Хорошо, ее берем. Ты, кстати, тоже едешь, это не обсуждается.
