Во-вторых ситуация осложнилась, активизировавшейся протурецкой агентурой и не только в Закавказье но и на Северном Кавказе. Наши хоть и были готовы к этому, но всё равно участились диверсии на дорогах и предприятиях, нападения на колоны снабжения, советские и партийные учреждения и даже на небольшие воинские подразделения. Удачное наступление, позволило туркам и немцам активизировать заброску агентов, диверсионных и разведгрупп в наш тыл. На Кавказе начала постепенно разгораться партизанская война.
Наши тоже активно забрасывали в тыл туркам РДГ группы и работали с курдским национально освободительным движением. Так что у турок в тылу тоже начала разгораться партизанская война. Причём упор наши делали, не на идеологию, а именно на национально освободительном движение. В которое входили течения достаточно пёстрой идеологической ориентации. Хотя по понятным причинам, самой сильной в этом движении была Курдская рабочая партия, основанная в марте этого 41 года.
Вот у кого в тылу было тихо, так это у 24А Козлова, окружённой в Аджарии. Всех военнообязанных призвали 3–5 июня в армию, кто был не призван, по большей части вступили в дивизию народного ополчения или работали на строительстве оборонительных сооружений. Да и площадь окружённой территории не позволяла разгуляться диверсантам, напоминая очертаниями каплю висящую с севера на юг. Самое узкое место было у городка Чаква, где линия фронта проходила по окраинам. От Чаквы фронт отходил по предгорьям всё дальше от побережья, максимально расширяясь к реке Чорох, по ней до приграничных УРов. Две стрелковые и одна горнострелковая дивизии, окружённые в районе Батуми, были пополнены личным составом и достаточно прочно держали оборону. Вот что Козлов сделал правильно, это интенсивно готовил город к обороне. В Батуми дополнительно стала формироваться ещё одна новая стрелковая дивизия, помимо дивизии народного ополчения. Козлов сразу мобилизовал местных жителей, на строительство глубоко эшелонированной обороны. Не хватающее снаряжение, поставлялось морем.
Турецкий X корпус, выделенный для взятия Батуми, в составе 6-й, 28-й и 36-й дивизии ничего сделать за три дня не сумел. Не продвинувшись в результате трёх дневных боёв ни на шаг, перешёл к обороне и стал ждать тяжёлую и осадную артиллерию. А вот это было очень плохо, так как с господствующих высот в предгорьях, в хорошую оптику всё просматривалось до самого побережья. Появиться у турок под Батуми дальнобойная артиллерия, снабжение будет сильно затруднено, турки смогут обстреливать акваторию порта.
Кстати, немцы перекинули на Чёрное море восемь подлодок и два десятка торпедных катеров, что тоже осложнило наше судоходство. Потери уже составили один транспорт, две самоходных баржи и два сторожевика. Удары дальнебомбардировочной авиации по турецким портам Трабзону, Синопу, Эрегли, Стамбулу, видимых результатов пока не принесли. Хотя в портах разрушения были значительны. Обстрелявший позиции турок под Супсой, отряд кораблей уже на отходе был атакован подлодкой, Получивший торпеду крейсер "Красный Кавказ", чудом добрался до ближайшего Поти и то, только благодаря вовремя подошедшим портовым буксирам. Что отбуксировали потерявший ход крейсер в Поти. Хорошо что ещё в феврале, приоритеты в строительстве флота изменились. Уже начали сходить с верфей новые сторожевики, охотники, тральщики, торпедные катера. Будет кому с подлодками "папаши Деница" бороться.
Пользуясь сложившейся ситуацией, немецко-итальянская группа армий А, 5-го июня снова перешла в наступление на Иранском фронте. Если успехи у 9-й и 11-й итальянских армий были скромными, то немецкая 5ТГр вновь прорвала фронт, шустро наступая уже второй день. Хочу надеяться, что Ефремов Роммелья и в третий раз обломает.
Первое наступление 5ТГр Ефремов сорвал можно сказать по классическим канонам, правда классическими они станут году к 44–45 в моей реальности. Если "домашние заготовки", по действиям авиации и РДГ групп, были почти идентичны нашим действиям на западном фронте. То на земле пришлось поступить несколько по-другому, из-за нехватки тяжёлой дальнобойной артиллерии и нейтральной полосы в два километра разделявшей наши и немецко-итальянские войска.
