Когда дверь кабинета открылась, сидевший за столом плотный, седой мужчина отложил в сторону бумаги и, поднявшись навстречу Андрею Сергеевичу, протянул ему белую, пухлую руку. Это был полковник Медников, заместитель барона по департаменту полиции, временно расположившийся в кабинете своего начальника. Сам Велио, занятый делами министерства и корпуса жандармов, бывал на Фонтанке наездами, и кабинет с видом на набережную частенько пустовал. Медников усадил гостя в кресло, не переставая приятно улыбаться, однако не составляло труда заметить, что никакого энтузиазма по поводу прикомандирования Дорохова к департаменту полковник не испытывал. Это было и понятно: какому начальнику понравится, когда в его епархии появляется чужак, да еще напрямую ему не подчиняющийся. Поэтому Андрей Сергеевич поспешил уверить Медникова в том, что не только не обладает какими-либо контрольными полномочиями, но и сам противился этому назначению и согласился лишь из уважения к Горчакову. Упоминание имени канцлера и министра иностранных дел возымело свое магическое действие, и начавшаяся несколько прохладно беседа закончилась весьма просто и дружественно. К тому же в числе упоминавшихся по ее ходу лиц у собеседников нашлось много общих знакомых, так что даже стало непонятно, почему они раньше не встречались в петербургском обществе.
— Ну, право же не знаю, что вам и предложить! — Медников вертел в руках приказ статс-секретаря министерства Коханова, в котором говорилось о временном прикомандировании Дорохова. — Если, Андрей Сергеевич, хотите, можете оставаться при канцелярии барона, а нет — воля ваша, выбирайте себе любую службу. Сейчас в департаменте проходит реорганизация, так что дела хватит всем. Сами знаете, стоит только поглубже копнуть наши бюрократические залежи, и на свет появляется масса откровенных глупостей и недоделок…
Заместитель директора департамента улыбнулся, как бы приглашая Андрея Сергеевича разделить с ним прозвучавшую в словах иронию и тем посмеяться над самими собой. Дорохов не замедлил это сделать:
— Дело известное, — заметил он с полуулыбкой и тут же продолжил: — Видите ли, полковник, из разговора с Горчаковым я вынес ощущение, что Александра Михайловича весьма и весьма тревожит безопасность государя-императора и — в этой связи — деятельность террористических организаций и отдельных нигилистов. И Лорис-Меликову канцлер так прямо и сказал: не приведи Господь, что с ним случится, никакие ваши реформы не понадобятся, все в России пойдет прахом. — Андрей Сергеевич посмотрел в глаза Медникову. — Так что, если не возражаете, я, пожалуй, посмотрел бы, как в департаменте обстоит дело с сыском.
— Воля ваша, воля ваша! — развел руками полковник, и опять изжитая было натянутость вернулась в их отношения. — Думаете, удастся помочь? — губ Медникова коснулась едва заметная ироничная улыбка. — Я, лично, на своих людей целиком полагаюсь. Тут, дорогой мой Андрей Сергеевич, требуются специальные навыки, нужна особая жилка. Многие люди способны играть на фортепьяно или клавесине, но лишь единицы могут извлекать из этих инструментов божественную музыку. Вот и среди моих дознавателей попадаются удивительные виртуозы!.. Да что далеко ходить, я вас сейчас познакомлю с одним из них, пожалуй, самым талантливым. Правда, человек он несколько странный и необычный, вы сами это скоро увидите… — Полицейский сделал паузу, как бы раздумывая, стоит ли Дорохову обо всем говорить, но, тем не менее, продолжил: — Пьет, скотина!
— Помилуйте, господин полковник! — картинно развел руками Андрей Сергеевич. — Чего же тут странного, а тем более необычного? Мы с вами в России, здесь все талантливые люди рано или поздно спиваются…
Оба дружно рассмеялись и проступившая было холодность в отношениях сразу растаяла. Заместитель директора департамента не поленился лично проводить Дорохова до кабинета в дальнем конце коридора, растянувшегося во всю длину здания. Предварительно постучав, он толкнул дверь и в сопровождении гостя вошел в скромных размеров комнату, середину которой занимал непропорционально большой стол, сплошь заваленный какими-то папками. Стены комнатки украшали карта России и подробные карты Петербурга и Москвы. При появлении начальства сидевший за столом худой пожилой мужчина поднялся, посмотрел исподлобья на вошедших. Ни во взгляде хозяина кабинета, ни в его манерах не было и тени какого-либо подобострастия — он просто ждал, когда эти двое уйдут и оставят его в покое.
— Вот, познакомьтесь, — полковник аккуратно, за локоток, выдвинул Дорохова вперед. — Начальник отдела сыска…
Хозяин кабинета едва ли не через силу сделал шаг навстречу, протянул оказавшуюся на удивление сильной руку:
— Мырлов. Иван Петрович.
— Дорохов. Андрей Сергеевич, — так же ровно, как бы нарочито сохраняя ту же, несколько усталую интонацию ответил Дорохов.
В больших, печальных глазах Мырлова на мгновение зажегся и тут же погас какой-то огонек.
