Куда лучше, чем думать о том, почему я оказалась в “Бет Изрэил норт”.
Я позволила себе пойти в эту сторону дальше.
и неминуемой катастрофы следовало за ней по кабинетам издательства “Конде Наст”, которое тогда располагалось в здании Грейбар. Однажды утром, когда я пыталась выстроить особенно заковыристую рубрику “О чем люди говорят”, коллега обнаружила, что ей требуется аборт и что ее имя фигурирует в расследовании дела о девушках по вызову, которое уже находится у окружного прокурора. Обе новости (в моем понимании, ошеломляющие) она восприняла весьма бодро. Заключила сделку: согласилась дать показания, что ее вербовали в эскорт, а офис прокурора, со своей стороны, организовал ей операцию в “Докторской больнице” – существенное одолжение в те времена, когда аборт означал тайную и, вполне вероятно, смертельную встречу со “специалистом”, который, если что-то пойдет не так, первым делом постарается слинять.
Мне казалось, что думать о девушках по вызову, организованном прокурором аборте и годах, когда я по утрам возилась с рубрикой “О чем люди говорят”, – неплохой вариант.
Потом припомнилось, как я использовала подобный сюжет во втором своем романе, “Как лягут карты”. Главная героиня, бывшая модель по имени Мария, недавно сделала аборт и все еще переживает из-за этого.
Давным-давно Мария проработала неделю в Очо-Риос с девушкой, только что сделавшей аборт. Она помнила, как девушка рассказывала ей свою историю, когда они сидели в обнимку у водопада, дожидаясь, пока солнце поднимется достаточно высоко, чтобы фотограф приступил к съемке. В ту пору в Нью-Йорке сделать аборт было трудно, за это могли арестовать, рисковать никто не хотел. Наконец эта девушка, Сиси Делано, спросила приятеля из окружной прокуратуры, не знает ли он, к кому можно обратиться. “Услугу за услугу”, – заявил он, и в тот самый день, когда она засвидетельствовала перед специальным жюри, что ей предлагали работу в эскорте, Сиси приняли в Докторскую больницу и сделали ей разрешенный и оплаченный окружной прокуратурой аборт.
Эта история казалась забавной, когда Сиси ее рассказывала, и утром, у водопада, и потом за ужином, когда она повторила ее на бис для фотографа, человека из рекламного агентства и представителя заказчика. Теперь Мария попыталась воспроизвести происшествие в Энсино в таких же бодрых тонах, но ситуация Сиси Делано никак не экстраполировалась – ведь то была нью-йоркская история.
Вроде бы помогло.
На целых две минуты я перестала думать о том, что привело меня в “Бет Изрэил норт”.
Я двинулась дальше, к тому периоду, когда писала “Как лягут карты”. Мы снимали развалину на авеню Франклина в Голливуде. На подоконниках огромных окон в гостиной стояли вотивные свечи. Мы пили чай с лемонграссом и добавляли листья алоэ, который рос прямо у кухонной двери. Крысы жрали авокадо. Залитая солнцем веранда – там я работала. Следила в окно веранды, как Кинтана перепрыгивает струйки опрыскивателя на лужайке.
Помню, как я успела сообразить, что вторглась на опасную для меня территорию, но повернуть обратно уже не могла.
Когда я писала ту книгу, Кинтане было три года.
И вот она, воронка.
