Чужаки отошли от крыльца и забрались в машину. На этот раз за руль сел бородатый. Саймон внимательно следил за обоими мужчинами и вскоре понял причину рокировки: шрамолицый выхватил из бардачка запасной пистолет и прицелился в фермера. Однако тот успел выстрелить первым и перевел дуло на бородатого, но он уже развернул машину и помчался прочь, так, что из-под колес полетел гравий. Отъехав, бородатый остановился и вытолкнул напарника через пассажирскую дверь. Саймон сменил пистолет на винтовку и вскинул ее, но автомобиль уже исчез в клубах пыли.
– Черт, похоже, нам все же придется копать могилу. Я не знал, что ты умеешь менять облик.
– Не умею. – Лана опустила ружье и сделала пару шагов к собеседнику, а затем тяжело опустилась на ступеньку крыльца и вернула себе прежнюю внешность. – Просто набросила иллюзию. Как… костюм. Никогда раньше так не делала. Ох, сколько же сил это забирает! Ты убил того мужчину.
– Это был его выбор, не мой.
Лана кивнула.
– Эти двое были среди напавших на Нью-Хоуп. Это я оставила шрам на лице мертвого. Хотя сама не знаю как. И пару недель назад они едва не догнали меня.
– Я же велел тебе спрятаться в подвале.
– А дальше что? – Лана вскинула голову, воинственность снова вернулась. – Сидеть, трястись от страха и ждать, пока кто-то другой будет меня защищать? Я давно покончила с этим. Оставила в прошлой жизни. Мне показалось, если чужаки увидят иллюзию, то поверят тебе и уедут. А потом я услышала, что они собираются забрать коров, и поняла, что дело осложнилось. – Она некоторое время сидела молча и гладила собак, а потом добавила: – Завтра утром я уйду. Просто хочу дать время тому подонку уехать подальше.
Саймон присел рядом с Ланой. Раньше он намеренно не касался гостьи, но сейчас аккуратно взял ее за подбородок и развернул лицом к себе.
– Ты никуда не пойдешь. Я предложил остаться на ферме, потому что тебе требовалось безопасное место. Бог свидетель, ты это заслужила. Я верил, что ты искренне опасаешься погони, но считал это легким преувеличением или даже паранойей беременной женщины. Я ошибался.
– Тот тип может вернуться и привести с собой других.
– Ему подобные умеют нападать только на беззащитных, – покачал головой Саймон, почесывая за ушами собак. – А этот теперь знает, что мы способны постоять за себя. Я не возражаю, чтобы ты возложила на меня надежды. Справлюсь. – Он встал и решительно добавил: – Как мог справиться и с теми двумя.
– Я знаю. Видела. Чем ты занимался в армии?
– Выполнял приказы, – улыбнулся Саймон.
– И раздавал их. Ты же был капитаном, так?
– Раньше. Сейчас я просто фермер. – Он снова сел и обвел взглядом поля. – Но могу защитить свою землю и свой дом. И тех, кто находится в нем.
Лана подумала, что видит перед собой воина. За спокойствием и дружелюбием таилась тщательно сдерживаемая опасность. Как стальной клинок в бархатных ножнах. Она уже видела это раньше – глядя на Макса. Особенно на пути к Нью-Хоуп, когда они обросли множеством попутчиков, которых требовалось защищать.
И вот перед Ланой другой воин, другой лидер.
– Вместе легче справляться. Я тоже умею защищаться и защищать.
– Я это знаю. С тех самых пор, как наткнулся на тебя в курятнике.
– Я не всегда была такой. В Нью-Йорке – боже, неужели это было всего полгода назад? – я предпочитала ходить по магазинам и планировать вечеринки. Мечтала открыть собственный ресторан. И никогда даже не держала в руках пистолет, а уж тем более не стреляла из него. А способности… Они казались бледной тенью нынешних.
– Похоже, ты обрела уверенность в себе.
– Скорее, мне пришлось ее обрести. А ты остался бы в армии, если бы не вернулся на ферму помочь родителям?
– Нет, в любом случае пора было заняться чем-то другим.
– И чем ты планировал заняться?
Саймон внезапно понял, что они с Ланой впервые за все время свободно беседуют. Несмотря на то, что всего в нескольких ярдах от них валяется труп. И почему это сразу не показалось странным?
– Я собирался открыть собственный бизнес в городке неподалеку, в котором теперь не осталось жителей.
– И что за бизнес?
– По изготовлению мебели. Это было любимым занятием отца, а я вроде как его перенял. Люблю делать что-то своими руками, в собственном темпе и по-своему. И хотел поселиться близко к родителям, потому что всю жизнь провел вдали от них. – Солнце начало клониться к горизонту, и Саймон понял, что готов еще долго просидеть так на ступенях крыльца, говоря с Ланой о планах и мечтах. Но все же заставил себя встать и отправиться за лопатой. – Нужно выкопать могилу.
Лана осталась на месте, обхватив обеими руками живот. Несмотря на недавнюю угрозу, жестокость и смерть, она чувствовала себя в безопасности.
В конце концов все произошло именно так, как предсказала Лана. Она не поехала в поселение, и оттуда тоже никто не явился. Любой из вариантов мог стоить невинных жертв, если бы вернулись Праведные воины.
Нерожденная дочь говорила с матерью и через нее и утверждала, что все идет так, как предначертано.
А потому Лана готовила еду, помогала в саду, собирала яйца и черпала душевный покой в этих простых занятиях.
