Когда лето стало клониться к осени, пришло время собирать урожай и закатывать его на зиму в банки, варить джемы, пока Саймон косил сено, жал пшеницу и собирал кукурузу.
Однажды он привез из поселения семена карликовых апельсиновых и лимонных деревьев – по три каждого. Лана сочла это бесценным чудом.
– Надеюсь, они прорастут, – заметил довольный фермер, сажая трофеи в горшки и ставя в теплицу. – Мечтаю пить лимонад следующим летом.
– А я – есть утку по-пекински.
– А если удастся раздобыть лаймы, то добавим к списку и текилу, – добавил Саймон, и Лана рассмеялась, поливая семена. – Похоже, ты обожаешь текилу. Первый раз вижу, как ты смеешься.
– Мы сажаем апельсиновые зернышки в землю, сдобренную куриным пометом, и рассуждаем о том, как будем распивать текилу. Это довольно забавно.
– Эй, не надо недооценивать куриное дерьмо! Отец утверждал, что это удобрение способно заставить вырасти что угодно.
– Поживем – увидим.
Лана ненадолго задумалась, а потом решила кое-что проверить. Она вытянула ладони над горшком и позволила магии литься из нее, сквозь нее. И ощутила прилив энергии, расцвет чего-то нового.
Из земли показался нежный зеленый росток и потянулся к свету.
Лана снова рассмеялась. Сначала от удивления, потом от радости. Подняла сияющие от счастья глаза на Саймона и заметила, как он на нее смотрит.
– Вот это номер, – с трудом выдавил он.
– Если ты не хочешь, чтобы я пользовалась способностями…
– Я что, похож на идиота? – негодующе спросил мужчина, и в его ореховых глазах вспыхнули зеленые искры. – Я стараюсь принимать мир таким, каков он есть. А пока все идет к тому, что одному фермеру удалось заполучить в свое распоряжение ведьму, которая умеет ускорять рост урожая. Тебя беспокоит твой дар?
– Нет, но…
– Тогда почему он должен беспокоить меня? Наибольшая проблема этого мира заключалась в том, что люди постоянно винили других в своих бедах. Тыкали пальцами, или ножами, или пушками в тех, кто отличался от них хоть в чем-то. Так что мы обязаны лучше распорядиться своими жизнями. Возможно, сейчас нам выпал последний шанс все исправить. – Саймон постучал по другому горшку. – А еще один сумеешь прорастить?
Лана снова выплеснула наружу магию, в этот раз испытав только радость. Затем отступила на шаг от проклюнувшегося побега.
– Не знаю, исходят эти способности от меня или от дочери. Или от нас обеих. Но точно уверена, что она изменила меня. Даже если завтра я очнусь и обнаружу, что все эти месяцы оказались сном, то все равно не стану прежней. Ой! – Лана снова рассмеялась и прижала ладонь к животу.
– Ты в порядке? – обеспокоенно поинтересовался Саймон, который внимательно следил за собеседницей.
– Да. Просто дочка пинается. – Удивив их обоих, она взяла мужчину за руку и прижала его ладонь к своему животу.
Саймон почувствовал толчок, который, казалось, сдвинул что-то глубоко в душе. Когда новая жизнь снова толкнулась в его ладонь, это прикосновение по непонятной Саймону причине отозвалось в сердце.
Похоже, на свет скоро появится не просто невинное беззащитное дитя, но и яростный воин, если судить по силе толчков.
– Эй! Да она у тебя боевая малышка.
Сделав шаг назад, Саймон заметил, что Лана светится от счастья, почти как тогда, когда заставляла появиться из земли побеги деревьев. Это сияние вызвало к жизни что-то и в его душе.
Как бывший военный он точно знал, когда необходимо отступить.
– Ладно, работы еще полно. Справишься дальше без меня?
– Конечно.
Когда Саймон ушел, Лана еще долго стояла молча, ощущая запах земли и расцветающей новой жизни.
Саймон старался загрузить себя работой и обращался с Ланой так, как обращался бы с сестрой, если бы она у него была. В сентябре мимо фермы еще дважды проезжали группы путников. Оба раза девушка пряталась в доме и пережидала, пока чужаки не скроются из виду.
Саймон давал им продукты и указывал направление до поселения. Кто-то может там задержаться, другие двинутся дальше в поисках лучшей доли. Или просто в поисках чего-то другого.
Проводив вторую группу путников, фермер вошел на кухню и обнаружил Лану, которая помешивала рагу, держа ружье. Он забрал обрез и поставил его в угол.
– Восемь человек. И один из них с крыльями. Никак не могу привыкнуть к этому зрелищу. Несколько дней назад их группа проходила мимо окраины Вашингтона. – Саймон сполоснул руки, так как стол уже был накрыт, и продолжил пересказывать новости. – Они слышали выстрелы, над городом стояли столбы дыма. К группе присоединился один из местных, так вот, по его словам, Макбрайд – надеюсь, я верно запомнил имя – до сих пор жива и вместе с остатками правительства пытается удержать столицу. Но каждый раз, как удается восстановить коммуникации, кто-то снова их обрывает.
– Такое ощущение, что мы говорим о параллельной реальности.
– Да, точно. Но это не так. Еще ходят слухи о людях в лабораториях и военных лагерях.
– Люди в лабораториях? Одаренные?
