– Я вижу это по вашему лицу. Станете. – Биттор остановился, когда его сапог ударился о нижнюю ступеньку лестницы. Выражение его лица вдруг изменилось. – Договор. Что с ним будет?
Лина подняла голову, широко распахнув глаза. Об этом она подумать не успела. В этой катастрофе было столько слоев.
Каса заботил лишь один из них.
– Я не хочу причинять тебе вред. Мне нужен этот кулон.
– Нет. Вы, может, и защитник королевы, но я им не являюсь… – В глазах Биттора отразилось смятение. Только тогда Кас осознал, что обеими руками сжимает булаву. Он не помнил, как снял ее со спины.
– Кас! – вскрикнула Лина. – Что ты делаешь?
Шок не лишил Биттора его рефлексов. Когда в него полетела булава, ее остановил меч.
Следующие несколько минут промелькнули в мутных очертаниях стали и блеске железа. Кас словно снова вернулся в тюрьму. Борьба без раздумий. Нацеленная лишь на выживание. Но на этот раз он боролся не за себя. Смятение на лице Биттора исчезло – его сменил напряженный гнев. Откуда-то издалека кричала Лина, призывая их остановиться. Кулон вылетел из плаща Биттора… его поймала Лина.
Кас замер.
Лина смотрела на него так, как не смотрела никогда прежде. Ярость окрасила ее скулы.
– Ты готов был его убить. – Она встала рядом с Биттором, согнувшимся пополам в попытке отдышаться. Из уха на шею стекала кровь. От ее вида Каса затошнило.
Он выронил булаву.
– Нет.
Биттор зарычал:
– Лжец!
– А я стала бы следующей? – продолжила Лина. – Потом сестры? Все твои свидетели?
– Нет! – запротестовал Кас в ужасе от того, что она могла такое подумать. Что у нее была причина решить, что он может ее обидеть. – Лина, мне нужно время, чтобы предупредить брата. Пожалуйста…
– Тогда иди! – Она указала на лестницу. –
Лина с Биттором с подозрением наблюдали за Касом. Они не знали, что еще он может сделать. Они больше ему не доверяли. Его швы открылись. Он чувствовал, как кровь смешивается с потом. На коже появился кислый привкус, и дело было не в вони, что распространялась сверху. Этот запах был ему знаком. Страх имел свой собственный душок.
– Они его убьют, – сказал Кас.
На глазах Лины выступили слезы.
– Мы ничего не можем с этим поделать, Кас. Не тебе и не мне решать, что будет сделано. – Она подняла золотой кулон. – Это принадлежит королю. Ему и решать. – Она сунула кулон в плащ и побежала к лестнице.
– Лина! – Кас не погнался за ней. Он был не настолько не в себе. Но он повернулся, чтобы посмотреть ей вслед, и, воспользовавшись тем, что Кас отвлекся, Биттор опустил рукоятку своего меча ему на голову.
Очнувшись, Кас обнаружил, что остался совсем один. Он сел, застонав от боли в ране на голове. Загремели цепи. Кас поднял руки и с открытым ртом уставился на железные наручники у себя на запястьях.
Биттор приковал его цепями к стене.
В углу напротив шипела свеча. Она почти догорела. Рядом со свечой были ключи, свобода, вот только цепи были слишком коротки. Ему не достать.
Кас прислушался. Теперь, хоть он и был бы им рад, сверху больше не доносились рыдания. Он позвал:
– Лина?
Ничего.
Тогда он крикнул громче:
– Биттор! Чтоб ты сгнил в могиле! Спускайся!
Ничего. С лестницы доносился запах смерти.
– Сестры?
Никто не отвечал, хотя Кас продолжать звать, дергая цепи и пытаясь перебороть нараставшую панику. «Биттор! Лина! Сестры!» превратилось в «Лина! Лина! Лина!». Но она не пришла. Кандалы вернули его обратно в тюрьму. Руки покрылись кровью от попыток высвободиться, а голос охрип от крика. Она оставила его здесь, зная о его прошлом. Несмотря на то, что видела его шрамы, отметины у него на запястьях.
Свеча замерцала. И погасла. Кас остался со своими цепями в темноте. И что-то глубоко внутри него умерло.
– Кас?
Он повернул голову, заморгав от резкого ослепляющего света. Он сидел в углу, сжавшись и обхватив руками колени. Касу никак не удавалось перестать дрожать. Свет придвинулся ближе. Появилось лицо.
Лина.
Потрясенный шепот.
– Ты ранен. – Она опустилась перед ним на колени и потянулась к его рукам, ставшим липкими от крови.
– Не трогай меня. – Он узнал этот голос. Хриплый, безжизненный, он словно доносился из прежних времен. Лина замерла. – Ключи.
– Да, конечно. – Лина вскочила на ноги. Пламя свечи раскачивалось, пока она обыскивала комнату.
– Стол.
Лина схватила ключи, торопливо говоря:
– Я не знала, что он тебя приковал. Я вернулась, как только услышала. – Она воткнула факел в подставку на стене. И только тогда увидела рвоту у его ног. Кас опустил голову. Спустя мгновение он услышал ее тихий голос: – Вытяни руки.
Позже он вспомнит, что она плакала. Ей пришлось сделать несколько попыток, прежде чем удалось снять с него наручники. Ее руки тряслись.
– Твоя голова. Твои бедные запястья. У меня есть бинты. Позволь мне…
Кас, пошатнувшись, встал на ноги. Оперся на стену.
– Где он?
