Непобедимый лег рядом с ней, его грудь часто вздымалась, тело обмякло. Хоть кровать была узкая, он изо всех сил старался не касаться женщины – судя по всему, донна предпочитала обходиться без ласк после соития. Прислонившись к стене, он облизнул губы и вздохнул, пытаясь успокоить быстро бьющееся сердце.
– Прекрасное выступление, мой чемпион, – пробормотала Леона.
– Ваш шепот – моя воля, – ответил он.
Леона хихикнула и перекатилась на спину. Подвигав бедрами, выгнула спину и посмотрела на мужчину над собой.
– Четыре Дочери, как же мне это было необходимо, – вздохнула она.
– Не больше, чем мне, – ответил Фуриан. – Я начал подозревать, что вы забыли обо мне.
Леона заворковала, убирая его длинные волосы с лица и проводя пальцами по бугристому животу.
– Ты скучал по мне, мой чемпион?
– С последнего раза прошло уже много недель, домина.
– Тебе не о чем беспокоиться, милый, – донна улыбнулась. – Я всегда возвращаюсь.
– Пока не найдете нового любимца?
– Нового? – губы Леоны изогнулись. – И кого же, скажи, будь любезен?
– Спасительницу Стормвотча, – пробормотал он с напускной драматичностью.
– Ах, – вздохнула женщина, закатывая глаза. – Вот кто яблоко раздора. Но я не питаю страсти к женщинам, Фуриан. И тем более к ревности.
– Вы ставите ее бороться в паре со мной, – пробормотал он. – Словно она ровня мне. Но у нее нет чести. Она…
– Она выиграла лавры для этой коллегии, – отрезала Леона. – Стала любимицей толпы. И дала нам одну треть ключа, который откроет ворота в «магни».
– Я и сам могу одолеть шелкопрядицу вашего отца, домина, – прорычал Фуриан. – Мне не нужна ничья помощь, и уж точно не какой-то коварной мелюзги, которую мой враг уже победил.
Леона вздохнула. Встав с кровати, собрала одеяло и небрежно вытерла семя со своей кожи.
– Этот разговор мне надоел.
Фуриан протянул руку.
– Леона…
– Леона? – донна резко подняла голову. – Ты забываешься, раб.
– О, ну да, раб, – кивнул Фуриан. – Пока вы не почувствуете жажду. А затем я снова «милый», «ваш чемпион» и прочие приторные слова, но ровно до того момента, как вы получите свое.
– Что-то я не слышала горьких жалоб с твоей стороны.
– Я хочу быть кем-то больше, чем просто вашим кобелем.
– И кем же, например? – спросила Леона. – Ты можешь быть чемпионом на арене, но другие лавры пока не выиграл. Я – домина этого дома. Не думай, что раз я сплю с тобой, то считаюсь с твоим мнением. Или, дав приказ, не жду, что ты станешь его выполнять.
– Когда вы просыпаетесь от кошмаров, думаете, я утешаю вас, потому что мне так приказали? Думаете, я обнимаю вас, потому что…
– Ты перегибаешь палку, чемпион.
Фуриан поджал губы, его лоб сморщился от гнева. Но больше он не произносил ни слова. Посмотрев на него с долгие несколько секунд, Леона смягчилась. Села на кровать и прижала ладонь к его щеке.
– Я к тебе неравнодушна, – пробормотала она. – Но я не мог…
В дверь кто-то постучал.
– Чемпион?
Глаза Леоны расширились, когда она узнала голос.
– Всемогущий Аа… – прошипела она. – Это Аркад!
Фуриан встал с кровати, его лицо побледнело.
– Я думал, что он напился и уснул?!
– Так и было! Он отключился прямо в обеденном зале и спал как гребаный мертвец!
Снова стук.
– Фуриан?
Леона в отчаянии окинула взглядом комнату. Святыню Цаны. Небольшой сундук. Деревянные мечи и тренировочные манекены. Прятаться было негде. Наконец донна крепости упала на колени. При помощи Фуриана заползла под кровать и подтянула ноги к груди. Убедившись, что ее не видно, Непобедимый надел набедренную повязку и открыл дверь.
На пороге стоял Аркад, его лицо покрылось красными пятнами от выпитого. Мужчина слегка покачивался, в дыхании остро чувствовалось золотое вино. Он осмотрел чемпиона с головы до пят.
– Извини. Ты спал?
– Просто задремал, экзекутор.
– Гм-м.
Аркад протолкнулся мимо и проковылял в комнату, его железная нога стучала о камень,
Аркад принюхался и поднял бровь, его язык заплетался от алкоголя.
– Тут воняет.
– Все из-за жары, экзекутор. С каждой переменой Саай все ближе крадется к горизонту.
Аркад сморщил нос.
– Я поговорю с магистрой. Твое мыло пахнет как женский парфюм.
Глаза Фуриана слегка округлились, и он посмотрел на тень под кроватью. Экзекутор ничего не заметил и вытащил свою верную флягу, щедро отпивая из нее. Затем протянул ее Непобедимому, который ответил легким покачиванием головы.
– Гм-м, хороший парень, – сказал Аркад, пряча выпивку. – От нее становишься неповоротливым на песках.
– Но еще забываешь о крови, которой они пропитались, – тихо ответил Фуриан.
Экзекутор кивнул, будто в ответ каким-то собственным мыслям, его глаза стали отстраненными. Он посмотрел на свои руки. Затем в темные глаза Непобедимого.
