Ее не покидало ощущение того, что их судьбы с Арханной схожи. Обе приехали из далекого края за тем, что стало вдруг всего важнее – вслед за своей любовью, и обе были чуждыми Нарнии. Казалось, что могло объединить принадлежавших к противоположным мирам женщин? Благовоспитанная аристократка и простая ведьма – нет созданий более непохожих, но жизнь отвела им похожую участь. И потому ругаться Каре не хотелось. Вероятно, сейчас, окунувшись в мир Нарнии с головой, Арханна сумеет понять, через что прошла сама королева. Ей как никому другому это удастся – ведь Люси и Сьюзен, как бы к невесткам ни относились, жили здесь давно и были королевами, предначертанными пророчеством, легендарными победителями Джадис, а не приехавшими откуда-то девицами, захватившими сердца королей. Они не могли понять, а вот Арханна могла – и это было одной из причин, по которой Кара согласилась на эту прогулку.
Девушки неспешно ехали по дороге. Арханна прекрасно ездила верхом и дышала полной грудью. Одеяния, на первое время одолженные Сьюзен, были несравнимо легче, чем богатый орландский бархат. Они почти не сковывали движений, не придавливали к земле, и от этого становилось неуютно. Словно броня, которая для Арханны стала второй кожей, вдруг исчезла и свежий ветерок, ласкающий тело и лицо, забирается слишком глубоко, чем было ему позволительно. У него не было злого умысла, но орландка не могла отделаться от ощущения, что она, ее душа слишком оголены, открыты для окружающего мира. Орландия отучила ее делиться своими чувствами, будь те радостными или же горькими. Чтобы не показывать своего смятения, Арханна завела разговор на другую тему.
- Где-то неподалеку поселение? – спросила она с любопытством. Ей не раз попадались на глаза карты нарнийских владений, но все, что было сокрыто лесом, таило в себе тайну. Что скрывалось под тенью его ветвей, никто из орландцев не знал. Отец же говорил о Нарнии с неизменным придыханием, благоговением, что неизменно сопровождалось глубочайшим уважением.
- Да. Небольшая деревня, - кивнула Кара. Арханна без задней мысли предложила заглянуть туда, на что королева нахмурилась и остановила ее, сказав: - Не надейся, что тебя примут тепло.
- А что такое?
- Нарнийцы преисполнены к своим правителям глубочайшей любви, ибо им обязаны мирной обеспеченной жизнью и покоем. Потому им может прийтись не по вкусу, что чужестранка завладела сердцем короля, имей это в виду, - голос Кары был холоден и довольно резок. Арханна внимательно слушала, после чего уточнила:
- Ты по своему опыту это говоришь?
- Увы, - Кара не стала добавлять, что до сих пор не вызывает у подданных любви такой, как муж. – Однако главным героем у народа является не Эдмунд, а Питер как государь и созидатель. Доказывать, что ты его достойна, будет задачей сложной. Так что тебе придется гораздо туже, чем мне…
- И это тебя радует, не так ли? – проницательно подметила Арханна. Кара осеклась: собеседница все же уловила тень недовольства в ее словах. Королеву не устраивало, что у нарнийцев Питер является фаворитом и любимцем большим, нежели Эдмунд, и потому злорадство все же промелькнуло в тоне. Хочешь быть невестой государя? Посмотрим, справишься ли с таким грузом на плечах, или сбежишь обратно в свою Орландию! Отрицать это было глупо, и Кара ответила:
- Ты ловко играешь словами, но порой слишком точна и проницательна. Души нарнийцев распахнуты миру, и такое явно не придется им по вкусу. Если и впредь будешь лезть в их сердца, не так уж много друзей найдешь.
- Кажется, я понимаю, почему Эдмунд на тебе женился, - вполголоса сказала Арханна. – Мне он сказал почти то же самое.
- Жаль, советам ты не вняла. Он их не так часто раздает, не тот у него характер.
- Кабы я следовала всем советам, что мне давали, тут бы не оказалась! – гордо возразила орландка. Кара фыркнула, не скрывая веселости.
- Ты из тех, кто себе на уме? Поверь, тут таких не любят…
- Но ты же как-то пробилась, - резонно заметила Арханна и отпустила поводья. Прежде чем пуститься вскачь, она добавила: - Значит, и я сумею.
