– Тебе́ спасибо, подруга! – отвечала Алисия. – Все это льющееся рекой веселье было бы сложно представить без твоего вклада.
– Ну ладно, я щас раскраснеюсь.
– И поделом тебе! Заслужила!
Они смеялись, наклоняясь друг к другу и нежно соприкасаясь щеками, обнимались, как два нежных цветка на ветру. Музыкальный шторм в клубе обдавал их всем земным удовольствием, и сдерживаться уже не хотелось. Они были достойны самого лучшего, что только мог испытать женский разум, брали от жизни максимум. Оставалось найти все разбросанные в этом мире ключи и открыться самим себе.
– Устроим через неделю вечеринку у меня дома! – спохватилась Милана. – Не могу поверить, что теперь буду жить в загородном особняке, а не в этой тесной халупе посреди города.
– Ты это заслужила!
– МЫ это заслужили! – засмеялась Милана. – Не знаю, что бы я без тебя делала.
Олег же в это время заканчивал с переездом. Их нажитые в Америке вещи уместились в несколько крупных коробок и чемоданов. Пришлось хорошо потрудиться, чтобы имущество влезло в Serbia 99, которая, без сомнения, обладала эффектной внешностью, но не могла похвастаться вместительным багажником и салоном. Пока все нормальные люди отдыхали дома или зависали в барах, радуясь быстрому росту акций, Олег пытался заполнить каждый кубический дюйм машины, чтобы уложиться в один заезд. Было грустно прощаться с уютной маленькой квартиркой в старом центре Балтимора и снова срываться с места, куда-то переезжать. Вечерний город вынуждал отдавать остатки душевной гармонии и тепла в жертву осенней прохладе. Стойкое еще недавно, летом, солнце в один миг стало бессильным и очень быстро спряталось за горизонт, словно стыдясь своей слабости перед поверившими в него людьми. Было холодно, и хотелось поскорее вернуться в привычную домашнюю обстановку, только вот сделать этого Олег не мог – ключи от старого жилья он отдал администратору, а в арендованном загородном особняке он пробыл не дольше пары часов, что не позволяло считать это место уютным домом. Оттолкнувшись от одного берега жизни, Олег опять почувствовал себя беззащитным до тех пор, пока не причалит к другому.
В этот же самый вечер, когда Питерсон и Хаске приходили в себя в офисе Maple, Милана с Алисией наслаждались музыкой в клубе, а Олег перевозил вещи за город, брошенный на самое дно Альберт Мечик пытался начать новую жизнь. С присущим ему хладнокровием он позитивно оценивал свое текущее положение – падать ниже дна было уже некуда, а значит любая появляющаяся перед ним перспектива могла вести только вверх. Он устроился продавцом в круглосуточный магазин, чтобы хоть как-то устаканить финансы и всю свою жизнь.
Такие вот четыре картинки одного вечера, глубоко важные для каждого из героев и абсолютно бессмысленные в масштабе несущейся в неизведанное цивилизации.
А потом были такие же бессмысленные с точки зрения Вселенной переговоры директоров крупных компаний, но очень важные для крохотного голубого шарика на периферии Галактики, по крайней мере на ближайшие несколько лет. В начале октября впервые за долгое время встретились Амшель Питерсон и глава NewVision Джеки Ли, рассчитывая подписать особые соглашения.
Несколько месяцев перед этим юридические отделы подготавливали почву для встречи, а команды инженеров обменивались технической информацией, чтобы понимать масштабы грядущих нововведений. В прессе постоянно появлялись слухи о расширении сотрудничества двух крупных компаний, но представители с обеих сторон опровергали любые слухи. Разумеется, знакомые с ситуацией люди верили скорее своим глазам, чем попыткам скрыть истину и закупали акции Maple и NewVision. Кто-то мог назвать это инсайдерской торговлей, но комиссия по ценным бумагам США существовала не в вакууме, а назначенные на ключевые должности агенты были детьми людей, учившихся с родителями других людей. Все нужные знакомства вели свое начало с университетских скамей, и за столетие Лига плюща опутала крепкими корнями весь правящий класс страны. То были сотни тысяч, если не миллионы госслужащих и бизнесменов, повязанных с себе подобными почти невидимыми, но крепкими нитями паутины. Объединение ради взаимовыручки – в Японии это называется дзайбацу, а в Америке – правящей элитой.
Так вот, правильные люди знали то, чего не знают другие, и покупали нужные акции, а связанные с ними системой взаимовыгодных обязательств агенты комиссии по ценным бумагам уже раздумывали, чего бы попросить взамен на свое молчание. Они были плохими? Нет. Выгоду получали все. Даже обманутые домохозяйки, деньги которых в итоге перетекут на биржевые счета инсайдеров, получат новые доллары с бесконечно работающего печатного станка резервной валюты мира, чтобы в будущем снова отдать эти деньги сильным мира сего. Уроборос, пожирающий сам себя. Доллары множатся и попадают в руки обычных людей, но в конечном счете уходят богатым кланам – тем, кто станок для этого и запустил. Но гражданам плевать на потери, они довольны осознанием того, что в новом месяце снова получат чек от любящего их правительства. Такой вот метакоммунизм наяву.