Но Милана имела в виду не это.
– Простите, мне срочно нужно домой.
Хозяин особняка посмотрел на Алисию и раскатисто засмеялся.
– Значит в другой раз, – шепнула на ушко Милане подруга перед ее уходом. – Когда вернешься к мужу, думай обо мне.
Американка расхохоталась и стала дурачиться с другом.
– Не забудь, через полтора часа на работу! – бросила вслед Милане.
А та в следующую минуту уже мчалась домой, пытаясь не расплескать по пути накопленную за долгую ночь энергию. Ее так распирало изнутри, что казалось, случится взрыв всех эмоций разом, стоит только прикоснуться к чему-то по дороге. Утренние улицы уже полнились ранними пташками – бегунами, дворниками, рабочими, встречающими день ни свет ни заря. Подходя к дому, Милана уже видела на дорогах стройные ряды машин – верных предвестников скорой пробки.
Олег проснулся от звона будильника и вяло потянулся к нему рукой в тот момент, как дверь в спальню открылась и с грохотом стукнулась о стену. Весь следующий час Милана пыталась наверстать упущенное этой ночью в особняке, баре, бассейне, одним словом, везде, где ее новые друзья могли позволить себе все, что хотели. В ней пылал огонь необузданной силы, с которым Олег нечасто мог совладать.
Через час Милана хоть как-то пришла в себя, получив небольшую разрядку. Она все еще была как попавший в грозу воздушный змей, напряжена, но очень довольна. Вместе с Олегом она выпила кофе и, полная энергии, отправилась на работу, в то время как муж поехал на курсы и за покупками.
В офисе SF Милану уже ждала жизнерадостная Алисия. Она пила эспрессо прямо из емкости кофеварки, пытаясь заесть его булочкой, но еда не шла внутрь. Подруги улыбнулись друг другу и заперлись в кабинете Алисии, прикрепив к двери табличку «Идет совещание», чтобы коллеги их не беспокоили. Нужно было набраться сил перед новым актом безудержного веселья ближайшим вечером. Каждым вечером. Без конца.
Это было сродни открытию рая, невиданного доселе мира новых возможностей. Так ощущали себя ступившие на Луну астронавты. Милана и не догадывалась, что можно чувствовать жизнь еще острее, чем она чувствовала до этого. Казалось, не может быть ничего круче карьерного взлета в Maple и переезда почти в самое сердце Америки, но радость прошедшей осени подостыла, работа в желанной корпорации стала рутиной, как и жизнь почти в самом сердце Америки, и вот теперь Милана перешла на новый уровень. Это было невероятно! Свершилось все, чего она хотела, и даже больше. Она покорила Эверест налегке, с первой попытки и без кислородных баллонов.
После работы Алисия вновь потащила Милану на вечеринку, на сей раз в пентхаус самого высокого здания Балтимора, все к тем же своим друзьям. Милана тоже начала обрастать друзьями, подобно тому как весенние растения обрастают листьями и цветами. Будучи и без того открытой миру и возможностям, которые он дает, Милана, к своему удивлению, раскрывалась еще сильнее, поражая себя размахом собственной личности. Если и раньше она так быстро двигалась к своей цели, что трудно было остановиться, то теперь она понеслась с такой умопомрачительной скоростью, что даже задуматься на час, на минуту, на мгновение означало сорваться, уйти в крутое пике. Она была Сандрой Буллок из фильма «Скорость», а автобусом была вся ее жизнь.
– Ни о чем не волнуйся, просто смотри вперед. Жизнь так прекрасна, а мы еще так молоды, – подбадривала Алисия, имевшая на нее определенные виды.
В компании обворожительной Миланы она и сама стала выглядеть потрясающе. Подруги, объединив красоту одной и связи другой, стали главными звездами ночной жизни Балтимора. В простые клубы они не ходили, оставаясь привилегией лишь элитных, изысканных мест. Тех, где водятся только сильные мира сего и куда закрыт вход папарацци. Вскоре их звали уже на любое престижное мероприятие. Сам престиж мероприятий зависел от того, придут ли на них Алисия и Милана.
Безудержная ночная жизнь двух новоявленных светских львиц прерывалась только поистине важными вещами типа стратегического собрания верхушки Maple, куда по новому распоряжению директора были допущены и работники уровня Миланы Ивановой.
В ночь на второе апреля она осталась дома и, посмотрев телевизор с Олегом, уснула прямо на диване в гостиной. Утром, как по щелчку пальцев она временно перестроилась на рабочий ритм и пришла к самому важному в своей жизни собранию полностью выспавшейся и отдохнувшей. Кожа ее лица снова стала подтянутой и золотистой, глаза избавились от пурпурной вечерней похоти и вновь налились девственной чистотой.
Перед началом собрания Милану выловил секретарь исполнительного директора Шелдон Хаске. Это был худой человек средних лет с проседью в волосах и тонкими, непримечательными чертами лица. У него был один-единственный серый костюм с фиолетовыми заплатками на локтях. Шелдона считали странной личностью, тенью Амшеля Питерсона, выполняющей самые загадочные его поручения, поэтому Милана растерялась, увидев мистера Хаске перед собой в столь важный час своей жизни.