Несколько месяцев пролетели незаметно. Милана освоилась на новой работе и уже не глядя распоряжалась целым штатом блогеров и журналистов, связанных с вверенным ей журналом. Если первое время каждый шаг давался ей с великим трудом, то к весне лед ее скованности растаял и решения полились с новой силой, обходя все преграды на своем пути. К ней вернулась былая легкость, беспечная радость жизни, когда все проблемы решаются сами собой, а Милана просто наслаждается происходящим. В непринужденной манере она отдавала гениальные приказы подопечным, даже не задумываясь. В своем великом храме свободы – голове – она не держала ничего лишнего. Только наслаждалась вечеринками в самых высоких слоях общества, куда ее звала новая лучшая подруга Алисия.
Олег же остаток осени и всю зиму учился. До ланча ходил на курсы английского языка, где наконец-то начал делать успехи и уже мог бегло говорить с американцами, а после ланча ездил на занятия по культурной ассимиляции, где, честно сказать, не имел никаких шансов получить аттестат по стандартной схеме. Невозможно было без иронии воспринимать программу по внушению гражданам со всего мира убежденности в превосходстве Америки над всем этим миром. Но, чтобы Рогин не расшатывал мировоззрение остальных учащихся, ведущая курсов его наконец аттестовала на тройку с минусом, подписала нужные документы и спокойно вздохнула.
Для Олега сняли запреты на многие виды деятельности, и он занялся тем, что у него лучше всего получалось – написанием злободневных текстов. Поначалу он пытался найти специальную онлайн-платформу, куда пресыщенные официальными СМИ люди заходят в поисках интересных статей, но вскоре понял, что такие платформы больше никому не интересны и проще всего публиковаться в своем профиле в соцсетях, иными словами, в блоге. Первым делом он перевел свои недавние, написанные до переезда статьи и стал рассылать ссылки всем, кого знал. Пока что круг читателей ограничился его знакомыми по курсам английского языка и американской культуры, но начало было положено. Главное, не сдаваться и усердно двигаться к своей цели. Если получилось у Миланы, то почему бы не попробовать самому? Тем более так он сможет сделать себе имя в Америке и найти место в каком-нибудь крупном издательстве. Он не понимал, что одна лишь надежда на успех не поможет. Тут требуется уверенность, которой из-за постоянных раздумий ему явно недоставало.
Чтобы не терять свой круг читателей из России, Олег дублировал новые посты в соцсетях на русском языке, но вскоре вынужден был прекратить это из-за поднявшейся антирусской истерии.
Известные военные действия всех застали врасплох.
Это случилось в самом начале весны, когда Милана пришла на экстренное собрание руководящего штата Maple. В то утро она впервые столкнулась с верхушкой компании в полном составе, со всеми директорами и руководителями по разным направлениям. Будучи заместителем Альберта Мечика – начальника подразделения по связям со СМИ, она самой последней протиснулась в высший круг. Никого ниже рангом уже не позвали. Это ее возбуждало, по-хорошему заводило. Милана воочию увидела смысл своих устремлений и наливалась энергией от взволнованного стука сердца. В те дни она работала допоздна, пытаясь переделать колонку с рейтингом акций под новые требования законодательства, иными словами, ища лазейки, чтобы оставить эту неприкрытую манипуляцию мнением, и совсем не читала новости. Она листала только бесконечные кипы выходящих ежедневно законов и пыталась хоть что-то в них понять, поэтому известие о военном конфликте с участием родной страны обрушилось на нее как гром среди ясного неба. Эти новости и были поводом для организованного Амшелем Питерсоном собрания.
Исполнительный директор решил не нагнетать и подойти к теме издалека.
– В первую очередь хочу поблагодарить вас за успехи в этом квартале, – сказал он. – Подведение итогов будет только через месяц, но навскидку уже понятно, что мы сможем дотянуть до необходимого акционерам роста в двадцать пять процентов год к году. После выхода отчета все получат обещанные бонусы.
Начав с пряника, Питерсон перешел к кнуту. Он поднялся с кресла во главе огромного, вытянутого в овал стола на сотню персон, взял бутылку с водой, набрал воды полный рот, прополоскал его и выплюнул в кружку, которую тотчас заменили помощники.
– Но, чтобы работать дальше, я должен прояснить некоторые вещи. Вы знаете, что недружественная нам Россия напала на дружественную нам страну, и у нашего правительства есть по этому поводу четкая и ясная позиция, которую мы все обязаны принять. Санкции, запрет на продажи и все прочее, о чем вы уже слышали в новостях. Чтобы пресечь любые споры, какие могут возникнуть в свободном обществе, подобном нашему, напомню вам высказывание Рузвельта: «Сомоса, может быть, и сукин сын, но это наш сукин сын. И мы будем его защищать от наших врагов, несмотря ни на что». Надеюсь, всем понятно?