– Вот тут я и работаю, – простодушно начала она, но заметила приближение Шелдона Хаске и продолжила резким деловым тоном: – Никогда не забывай проверять мою почту и приноси кофе по первому требованию.
– Это я смогу, – скромно сказал Олег.
– Тогда, думаю, мы сработаемся.
Шелдон прошел мимо, обменявшись с Миланой приветственными кивками.
Начался трудовой аврал. Одно совещание шло за другим, а между ними вместо перерывов на ланч умещались многочисленные летучки. Олег с непривычки едва успевал записывать происходящее, чтобы уже вечером в спокойной обстановке перечитать сводку за день и попытаться помочь жене. Фронт работ оказался поистине необъятен, Милана не преувеличивала – вместо одного журнала SmartFasion она теперь курировала всех ответственных по работе с модными изданиями и прессой. Ежеминутно в кабинет Ивановой звонил кто-то из сотни ее подчиненных, докладывал обстановку на вверенном ему участке и спросил совета. Начало осени всегда была самым жарким – здесь день шел за два, а удачный месяц мог спасти целый коммерческий год. Милана отвечала на звонки по громкой связи, чтобы их мог фиксировать муж, пыталась что-то советовать людям, гораздо более компетентным, чем она сама, но недостаточно дерзким для продвижения в должности. Она работала импульсивно, говоря первое, что придет в голову. Иногда это были гениальные советы, а порой глупые, но подчиненные не осмеливались перечить директору целого департамента, а по совместительству еще и председателю комитета по этике – никто не хотел себе двойных проблем.
– Делайте, как я сказала, – злилась Милана на одного из штатных журналистов. – Надо заставить читателей обожать собак к десятому сентября… И кошек… Нет, заключенных любить не надо, их надо продолжать ненавидеть.
Все эти слова были написаны в короткой памятке на столе Миланы. Она сбрасывала звонок за звонком, а когда началось селекторное совещание с Амшелем Питерсоном, посадила мужа за телефон.
– Только ничего им не обещай и не приказывай, – сказала она. – Повторяй им слова из этой памятки или просто говори, что я им перезвоню.
В свободное от звонков время Олег следил за совещанием и пытался записывать самое важное. Он печатал по-английски – как слышал, не тратя время на перевод слов, но в спешке набирал некоторые слова по-русски. Свободной рукой он поднимал трубку рабочего телефона и выслушивал обращения из разбросанных почти по всей Северной Америке изданий. Он в точности передавал слова Миланы, советуя расхваливать домашних питомцев, либо обещал перезвонить, если вопрос касался чего-то другого. Наблюдая за совещанием, он наконец понял, откуда взялась эта внезапная любовь к собакам, а на ближайшей презентации об этом должен был узнать и весь мир.
Куда интереснее было совещание по поводу конкуренции. Мало кто знал, что по всему миру существовали компании-двойники Maple, копирующие ее бизнес-процессы и даже продукцию с вкраплением местного колорита. Разумеется, качество у их гаджетов было паршивое, а программное обеспечение работало через раз, но факт оставался фактом – дирекция Maple очень внимательно следила за судьбой этих, казалось бы, никому не нужных и обреченных на смерть компаний.
Стоило мистеру Питерсону произнести вдохновляющие приветственные слова, как инициативу перехватил Шелдон Хаске. В своем квадратике на экранах других участников совещания секретарь говорил, насколько важно поддерживать конкурентов из других стран, ведь в них вложено столько усилий. «Соперник» из Мексики вовсе дышал на ладан и без очередной миллиардной помощи работать ему осталось не больше года. Шелдон Хаске не уставал напоминать, что именно внезапное появление подражателей по всему миру спасло компанию от давления антимонопольных органов и привело правительство США к пониманию, что Maple является ключевым игроком в стране и компанию надо поддерживать, чтобы иностранные конкуренты ее не обскакали. То, что ввиду чрезвычайной сложности и дороговизны разработок эти конкуренты – колоссы на глиняных ногах, которые развалятся без денежной помощи, в правительстве не понимали либо просто не хотели знать.
Не знала этого и Милана, понявшая из всего совещания только то, что Maple настолько великодушна, что помогает даже своим конкурентам, чтобы мир был свободным и разнообразным. Олег помнил, что все не то, чем кажется, но из-за постоянных звонков не успевал вникнуть в суть дела.
К вечеру он был выжат как лимон.
Вернувшись вместе домой, они с Миланой теперь уже на пару развалились на диване, скинув с затекших ног обувь, и продолжали лежать весь вечер, как два паралитика, не в силах что-либо сделать.
– Как хорошо, что можно заказать и оплатить ужин прямо с телефона, – бодрился Олег.
– Только входную дверь ты с телефона не откроешь, – ворчала Милана. – Ненавижу эту квартиру.
– Кстати… – Олег положил руку под голову. – Я поискал варианты жилья. Очень удобная штука этот автопилот в машине, успеваешь столько всего сделать.
Милана повернулась к мужу и положила голову ему на грудь, чтобы видеть экран телефона.
– Ну показывай.