– Ну, как тебе? – спросил Джон.
– Великолепно. Но я живал и где похуже.
– Это верно, – сказала Сара. – Видала я эти местечки.
Мы поднялись наверх в номер.
– Ну вот. Навевает воспоминания?
Комната была выкрашена в серый цвет, как это принято в подобного сорта заведениях. Рваные занавески на окнах. Из мебели – стол да стул. На холодильнике толстый слой жирной грязи. Утлая койка.
– Прекрасно, Джон. То, что надо.
Мне стало немного грустно оттого, что я уже не молод и не могу повторить все как встарь – пить, драться, играть словами. Смолоду легко держать удар. Даже если нечего жрать. Было бы что выпить, и была бы под рукой машинка. Я, должно быть, был чумной, но мне встречалось немало чумных и среди них порядочно забавных личностей. Чтобы высвободить время для писания, мне приходилось голодать. Не так уж и часто, откровенно говоря. Глядя на этот стол, я видел за ним себя. Да, я был чумной, я это знал, и плевать я хотел на то, что вы об этом думали.
– Пошли поближе познакомимся с баром.
Мы сошли вниз. Там уже собралась пьянь, которая должна была участвовать в съемках. Все, ясное дело, пили.
– Пошли, Сара, сядем на табуреты. Пока, Джон.
Бармен представил нас завсегдатаям. Звали их Большой Страшила и Маленький Страшила, Змей, Бык, Песья Башка, Леди Фиалка, Подзатыльник, Клара и так далее в том же духе. Сара спросила Змея, что он пьет.
– Симпатично выглядит, – сказала она, заглянув в его стакан.
– Коктейль «Кейп-Код», клюквенный сок с водкой.
– Мне «Кейп-Код», – сказала Сара бармену.
– А мне водочки, – сказал я.
Бармена звали Ковбой. Мы потихоньку приступили к выпивке. Большой Страшила поведал мне историю о том, как они выдержали схватку с фараонами. Крайне интересную. И между прочим, совершенно правдивую.
Съемочную группу тем временем позвали на обед. Алкаши оставались в баре.
– Нам лучше пойти перекусить, – сказала Сара.
Мы вышли во внутренний двор. У восточного крыла гостиницы был накрыт большой стол. Статисты, технари, рабочие и прочий подобный люд уже сидели по местам. Еда выглядела вполне аппетитно. Джон вышел нам навстречу. Нас ждали в вагончике. Пока мы туда следовали, Джон задержался возле одного типа, который закусывал в стороне от других.
– Лэнс Эдвардс.
Эдвардс едва заметно кивнул и занялся своим бифштексом. Мы сели в конце стола. Эдвардс был одним из сопродюсеров.
– Говнюк этот Эдвардс, видать, – сказал я.
– Да нет, – ответил Джон. – Просто очень застенчивый. Фридман хотел его выпихнуть.
– Может, он был прав.
– Хэнк, – вмешалась Сара, – ты ведь совсем не знаешь человека.
Я пытался открыть банку с пивом.
– Ешь лучше, – сказала Сара.
Сара все пыталась прибавить к моему жизненному сроку годков десяток, не знаю уж, к худу или к добру.
– Мы сейчас будем снимать эпизод с Джеком в номере. Тебе надо посмотреть.
– После обеда мы идем в бар. Когда будете начинать, свистните.
– Хорошо, – сказал Джон.
После обеда мы обошли гостиницу с другой стороны. Джон нас сопровождал. Вдоль улицы выстроились несколько трейлеров. Там же был и Джеков «роллс-ройс». А рядом – большой серебряный трейлер с табличкой «ДЖЕК БЛЕДСОУ».
– Глянь-ка, – сказал Джон. – У него на крыше перископ – чтобы видеть, кто идет.
– Господи боже.
– Знаешь, мне надо кое-что уладить…
– Валяй. До встречи.
Смешной парень этот Джон. Его французский акцент уже почти неуловим – здесь, в Америке, он всегда говорит по-английски. И это немножко грустно.
Дверца вагончика отворилась. На пороге стоял Джек.
– Прошу!
Мы поднялись по ступенькам. На койке возлежала какая-то девица и смотрела телевизор.
– Это Клео. Я купил ей мотоцикл. Мы вместе катаемся.
В дальнем углу сидел парень.
– Мой брат Дуг.
Я направился к Дугу, шутливо двинул в его сторону хуком справа. Он промолчал. Только смотрел на меня. Классный мужик. Мне такие нравятся.
– Выпить есть? – спросил я Джека.
– А как же!
Джек нашел виски, налил мне и добавил воды.
– Спасибо.
– А вы выпьете? – спросил он Сару.
– Нет, спасибо, – ответила она. – Не люблю мешать выпивку.
– Она у нас на Тресковом мысе заплутала, – сказал я.
– Ах, так?
Мы с Сарой сели.
– Мне у вас нравится, – сказал я.
– Оставайтесь сколько пожелаете, – сказал Джек.
– Может, я навсегда останусь.
Джек одарил меня своей знаменитой улыбкой.
– А братец у вас не сильно болтливый, я вижу.
– Да уж.
– Классный мужик.
– Да.
– Ну что, Джек, текст выучил?
– Я никогда не заглядываю в текст, пока не приду на площадку.
– Замечательно. Но нам пора.
– Я уверена, у вас прекрасно получится эта роль, Джек, – сказала Сара. – Мы рады, что она досталась именно вам.
– Спасибо.
Мы вернулись в бар, где сидели все те же люди, и выглядели они ничуть не пьяней, чем раньше. Тертая публика.
Сара заказала еще один «Кейп-Код». А я опять отдал предпочтение чистенькой. Мы попивали и слушали все новые и новые истории. Одну рассказал и я. Прошел примерно час. Вдруг я взглянул в сторону входа и увидел у вертушки Джека. Он кого-то выискивал глазами.
– Эй, Джек! – крикнул я. – Давай к нам, дернем по маленькой!
– Да нет, Хэнк, съемка начинается. Может, пойдете посмотреть?
– Сейчас прибудем.
