Рехи надеялся, что не присоединится к сонму этих скорбных призраков, танцующих скелетов в страшном саду Двенадцатого Проклятого. Если уж сон о прошлом посетил его в самый ответственный момент побега, значит, в этом содержалась какая-то цель. Он так и не узнал ответов на свои вопросы о лиловом и Двенадцатом, так и не смог бы подсказать Митрию, почему его универсальное оружие не работает. Зато для себя нашел нечто полезное.
«Тайный ход… Они говорили про тайный ход, когда стояли вот здесь. Если налево старый акведук, про который уже все знают, значит, тайный ход короля – направо», – рассудил Рехи и кинулся в указанном направлении. Он задыхался и спотыкался, надеясь пробежать короткое расстояние единым рывком. Он уже позабыл об осторожности, потому что до этого успешно избегал надоедливых караулов. И если уж Саат не сцапал раньше, значит, не пророс омерзительным черным древом сквозь стены замка. Значит, не везде еще пустил свои корни.
«Еще немного!» – молча кричал Рехи, летя по безмолвному коридору. Один раз он слишком шумно влетел в выступ стены, больно ударившись носом. В следующий раз чрезмерно громко чиркнул сапогом по камням. Каждый неверный звук воспринимался преступлением против собственной свободы. Рехи вынул ножи, чтобы в случае чего стремительно прирезать караульных. Но они не появились, зато из-за угла донесся тихий шепот:
– Рехи? Ты – Рехи?
«Неужели я попался?» – испугался беглец, резко тормозя и прижимаясь спиной к стене. Он судорожно осмотрелся: вокруг не нашлось ни двери, ни ниши, ни гобелена, чтобы спрятаться. Надежда оставалась на ножи и зубы, как в старые времена.
Кто-то подошел, неуверенно, короткими перебежками. Чужие шаги почти бесшумно приближались по камням, как будто незнакомец тоже крался. Рехи не стал дожидаться броска со стороны противника и решительно кинулся вперед сам. Кинжалы прорезали пустоту и впились в стену. Мимо лица пролетели белые пряди эльфийских волос. Незнакомец схватился за пораненное длинное ухо, щелкнув четырьмя клыками.
«Ларт?! Ларт?!» – вздрогнул всем телом Рехи, когда осознал, что столкнулся с полукровкой. Но стоило присмотреться, и сшибающее с ног томительное ликование угасло, сменившись недоумением.
– Тихо-тихо! Прирежешь! – шепотом рассмеялся кто-то из темноты.
Рехи всмотрелся в полумрак и увидел группу из пяти человек в кожаных туниках, с гнутыми стальными мечами у поясов. Все они столпились возле проема в стене. Дверь открывалась либо изнутри, либо специальным механизмом. Закрытая, она ничем не отличалась от добротной каменной кладки. Вероятно, прихвостни Саата не задумались, почему один из коридоров полуразрушенного дворца ведет в глухой тупик. Да у них и мозгов-то не осталось.
«Тот самый тайный ход! Я дошел! Я спасен!» – подумал Рехи, поняв, что на него не собираются нападать.
– Как ты сбежал, приятель? – улыбнулся ему полукровка, все еще держась за кровоточащее ухо.
– Кто здесь? Кто вы? Кому я там приятель? – недоверчиво пробормотал Рехи, отступая на полшага. За время пребывания в Бастионе он слишком привык к хитрым манипуляциям Саата. Возможно, жрец намеренно подослал кого-то, чтобы посмеяться над очередной попыткой Стража сбежать.
– Мы из сопротивления, посланы Лойэ, – четко и уверенно ответил полукровка.
– Не верю. Год прошел! – вздрогнул Рехи, но надежда крепла в его душе. И безотчетное доверие к группе спасения возникало раньше, чем он посмел бы признаться. Он знал, что Лойэ не погибла, он верил, что за ним вернутся. Она его не предавала. Несколько раз пыталась убить – это точно. Но никогда не предавала.
– Да, год. Надеюсь, простишь нас. Раньше не могли, – виновато отозвался предводитель отряда, жестом приглашая обратно в тайный ход. Рехи без колебаний кинулся следом: все равно в Бастионе его ничего не держало. Если Саат разыгрывал перед ним очередное представление – пусть так. Лучше спастись, доверившись незнакомцам, чем сгинуть от глупых сомнений.
– А где Лойэ? Она с вами? – спрашивал Рехи, когда дверь за ними затворилась, слившись со стеной. Он всматривался в незнакомые лица беловолосых парней и девушек.
– Нет. Они с Санарой – наши предводители, они не могли так рисковать, – отрезал лидер отряда. – Мы собираем на развалинах старого города жителей пустоши.
– И сколько вас?
– Дойдем – узнаешь. Уже немало.
Они растянулись цепочкой вдоль узкого коридора. На стенах густо висели клоки липкой паутины, под ногами скрипела пыль. Но здесь, среди кромешной темноты и неведомых поворотов, Рехи вновь ощущал себя по-настоящему живым. Он уже предвкушал, как вдохнет полной грудью насыщенный пеплом душный воздух пустыни, избавленный от городской тухлятины и неизменного привкуса тлена, который пропитал все в горестном дворце.
– Второй Бастион решили создать? Со своей сектой? – иронично заметил Рехи. От Лойэ он и такого ожидал. Ей всегда хотелось править, так уж ее воспитал отец. А когда мечта о Бастионе разбилась, так их с Санарой ничего больше не сдерживало: можно и свою религию придумать.
