Когда Акуцу стал гладить его по голове, взъерошив волосы, мальчик громко закричал и побежал в сторону кухни. Было обидно, что он даже не взглянул на книжку с картинками, которую купил ему Акуцу, но от одного взгляда на жизнерадостного, активного малыша настроение у него улучшилось.
— Я дома. — Это Аои с экосумкой в руках вернулась из супермаркета. — Приготовлю карри.
— Ура!
Карри, приготовленное сестрой, благодаря соусу имело традиционный японский вкус и было любимым блюдом Акуцу. Немного передохнув, Аои уже энергично трудилась на кухне.
— Извини за внезапное вторжение.
— Муж в командировке, поэтому очень кстати. Когда остаёмся вдвоём, я устаю.
— А в детский сад нельзя отдать?
— Двухлетних ещё не берут.
Наверное, утомительно заниматься домашними делами, когда рядом постоянно носится ребёнок. Если б родительский дом в Кобэ находился чуть ближе к черте города, можно было бы легко ездить туда… но добираться на общественном транспорте неудобно, да и ехать с ребёнком тяжело. Родители мужа жили в Вакаяме,[100] поэтому в основном получалось так, что чаще приезжали бабушки и дедушки.
Акуцу почти не помнил, чтобы они ссорились с сестрой, которая была старше его на три года. Она отличалась спокойным характером, у неё не было проблемных периодов, связанных с возрастом. После окончания университета иностранных языков благодаря знанию немецкого языка она работала в качестве помощника организатора международных конференций и переводчика, и Акуцу удивлялся, какую хорошую работу она нашла.
Пока Аои ставила на стол герметичную кастрюлю с карри, маринованную капусту маминого производства и салат, Акуцу посадил Го на детский стул и надел на него пластиковый фартук с карманами. Го сразу же начал барабанить по столу и требовать карри.
— Да он просто неутомим!
— Это точно… Сколько бы ни падал, никогда не плачет.
Все дружно, соединив ладони, произнесли: «Приятного аппетита» — и начали есть. Благодаря даси, вкус острого карри был более насыщенным, и Акуцу непроизвольно заурчал от удовольствия.
— Ты точно не будешь пиво?
— Мне надо вернуться в редакцию и поработать ещё, поэтому не могу.
— Ты занят последнее время, не так ли?
— Как я сказал тебе по телефону, я ещё занимаюсь проектом в отделе городских новостей.
— Поездка в Англию была связана с этим?
— Да. К тому же я сильно спешил, а водитель заблудился, как назло…
Акуцу рассмешил сестру, рассказав о том, как он ездил в Шеффилд и не смог получить никакой информации, а также о слишком сладкой лапше. Го, глядя на то, как смеётся мама, тоже развеселился.
— Ты не думаешь о том, чтобы опять вернуться на работу?
Взяв мгновенно опустевшую тарелку Акуцу, Аои поднялась. Положила рис из рисоварки, затем добавила сверху столько карри, что он полностью закрыл рис.
— Очень жаль, что я теряю языковые навыки, но у меня нет времени на себя. Когда сын пойдёт в детский сад, наверное, будет значительно легче.
— Но ведь сад заканчивается рано.
— Примерно часа в два. Только и успеешь закончить домашние дела… И летние каникулы тоже длинные.
Привыкший к беспечному образу жизни холостяка, Акуцу хоть и был очень занят, но даже не представлял, как может совсем не хватать времени на себя.
— Да, воспитание детей — нелёгкая штука.
Аои, вытирая вымазанный карри рот сына, рассмеялась.
— Конечно, частенько я сержусь на него, но когда он вдруг начинает делать то, что не получалось ещё вчера, или, хоть и редко, становится ласковым, это очень трогательно.
— Несправедливо, что мы не помним себя в этом возрасте. Если б помнили, проявляли бы больше заботы о родителях.
— Это точно. Но мозг постоянно развивается, поэтому ребёнок делает столько интересных вещей… Ведь взрослые не умеют так искренне радоваться и плакать так горько тоже не могут.
Го, который до сих пор тихо сидел и ел, начал стучать ложкой по пластмассовой тарелке. Когда Аои забрала у него ложку, он стал тянуть руки, закричал: «Дай, дай!» — и в итоге зарыдал.
— Я, наверное, ничего не смогу сделать…
— Всё нормально. Я привыкла.
Го не успокаивался, поэтому Аои вытерла его полотенцем и ваяла на руки. Но он всё равно продолжал рыдать, размазывая слёзы и сопли по маминой рубашке.
— Хочется времени для себя, но всё-таки я уже не могу представить себе жизни без него.
После ужина Го стал смотреть DVD про Ампаммана[101] — и наконец затих. За обеденным столом пили чай — подарок Акуцу из Англии.
— Эй-тян, получается, что ты до конца года будешь занят?
— Я не только впустую съездил в Англию, но и в Токио, и в Нагою. Если не найду ничего интересного, быть мне всю жизнь предметом язвительных насмешек страшного завотделом.
— Что касается дела «Гин-Ман», я помню, что коробки со сладостями тогда стали оборачивать плёнкой.
— А до этого так не делали?
— Просто продавали в коробках.
— У них хорошо получалось класть яд в сладости. Раньше мужчина с лисьими глазами не вызывал ничего, кроме страха, но последнее время из-за того, что я занимаюсь этим делом, мне захотелось увидеть лицо этого преступника, хотя бы одним глазком…
