— Вашу просьбу, граф, легко исполнить, — наконец проговорил он, — последствия…
— Я беру их на себя, — перебил его Монгомери. — Как только я узнаю правду о сестре, вы можете сказать Екатерине Медичи, что я разыскиваю свою сестру.
— Он этого не сделает, — вмешался в разговор Роберт. — Мимолетное увлечение женщиной не может разрушить многолетнюю дружбу. Поэтому Дэдлей не может помешать нам.
— Ты рассуждаешь совершенно правильно! — заверил его Дэдлей. — Черт с ней, с этой итальянкой, если она даже и рассердится на меня! Через час мы сойдемся на этом же месте, и я надеюсь кое-что сообщить вам. — И Дэдлей быстро ушел на маскарад.
— Будьте уверены, мы победим, — сказал Сэррей Монгомери. — Вальтер запасется инструментами, чтобы взломать двери тюрьмы, если понадобится, а дорогу к ней мы уже знаем. Трудно предположить, что вашу сестру увезли в Бастилию.
— Мария Сэйтон клянется, что сестра не выезжала из Лувра, да и я не видел ни одной кареты, хотя все время зорко следил за всем, что происходит во дворце. Яд у вас?
— Яд у пажа, — ответил Роберт. — Он должен быть уже здесь, по крайней мере я его видел только что в саду.
В большом парке Лувра прогуливались маски, любуясь фейерверком. Прекрасная венецианка оставила руку испанца и, пробравшись через толпу, вошла в темную аллею, которая вела к беседке. Дэдлей незаметно следовал за ней и вскоре увидел рыцаря в черном, шедшего навстречу венецианке.
— Ради Бога, Кастеляр, скажите мне, в чем дело? — тревожно спросила венецианка. — Почему вы хотели говорить со мной наедине? Разве моему мужу грозит опасность?
— Это — единственное, что тревожит вас, — грустно заметил рыцарь в черном. — Вы любите его?
— Что за вопрос! — негодующим тоном воскликнула венецианка. — Вы, кажется, с ума сошли!
— Да, это — правда! — прошептал Кастеляр. — Раньше я сходил с ума от надежды на счастье, а теперь — от отчаяния, я завидую тому, что вы — его жена. Мария, послушайте меня!… Коронованные особы не любят своих жен…
— Молчите! — прервала его Мария Стюарт и продолжала более ласковым голосом. — Вы больны, Кастеляр, иначе вы не могли бы завидовать счастью друга. Вы говорите, что любите меня; если это — правда, то не портите мне этого праздника, не омрачайте моего светлого настроения, не заставляйте меня думать, что самый верный друг моего мужа только представляется его другом!… Вы — сильный мужчина; неужели же вы не можете побороть себя? Нельзя желать обладать тем, что уже принадлежит другому. Обещайте мне, что никогда больше не будете говорить мне о любви, и я поверю, что вы действительно лучший друг моего мужа; я буду любить и уважать вас, как любит и уважает вас мой муж.
— Как любит и уважает ваш муж! — горько повторил Кастеляр. — Везде только он! О, чистое, святое создание, я повинуюсь вам, хотя мое сердце разрывается от муки. Я сделаю это не ради вашего мужа, а ради вас, потому что вы желаете этого, потому что мне дороже всего на свете ваш покой.
— Тише; кто-то идет! — прошептала Мария Стюарт. — Уходите скорее!…
Кастеляр поклонился ей и вышел из беседки, а Мария направилась в противоположную сторону.
Пройдя несколько шагов, Кастеляр заметил, что германский дворянин не успел скрыться вовремя. Кастеляр пришел в бешенство. В руках незнакомца оказалась не только его тайна, но и тайна шотландской королевы.
— Если вы — человек чести, то следуйте за мной! — прошептал он Дэдлею. От волнения тот не знал, как поступить. Уже второй раз приходилось убедиться в благородстве души молодой королевы Марии Стюарт, и он чувствовал, что готов скорее умереть, чем выдать ее тайну королеве Екатерине.
Дэдлей молча последовал за Кастеляром, а когда они были почти у выхода, вдруг остановился и обратился к рыцарю в черном:
— Вы хотите драться со мной, маркиз Кастеляр, не на жизнь, а на смерть? А я думаю, что мы, может быть, будем друзьями, если открою вам глаза: ведь Мария Стюарт знает, что вы любите ее, но не сердится на вас за это.
— Мне очень жаль, что на ваши вежливые слова я моту казать только одно: о тайне моей любви никто не должен ничего знать. Поэтому я вызываю вас сегодня же на поединок, — заявил Кастеляр.
— Завтра я могу с вами драться, но сегодня ни в коем случае. Если вы хотите знать причину моего отказа, то последуйте за мной; вы услышите, что я буду говорить цветочнице, которая послала меня подслушать ваш разговор. Я должен оказать услугу королеве Марии и развеять всякое подозрение на ее счет, которое может быть опасно для нее.
— Как! — опешил Кастеляр. — Неужели Екатерина подозревает…
— Не только подозревает, а знает наверняка, что Марии Стюарт предстояло свидание. Уйдите скорее отсюда и перемените костюм. Поверьте честному слову лорда Дэдлея, что ваша тайна находится в чистых руках.
— Если вы — тот лорд Дэдлей, который спас Марию Стюарт от англичан, то я верю вам, — несколько успокоился Кастеляр. — Во всяком случае завтра мы увидимся — как пожелаете: с оружием или без оружия в руках!
Только успел Дэдлей проститься с Кастеляром, как к нему подошла цветочница.
— Ну, что, кто этот рыцарь в черном? — торопливо спросила она.
