— Я слышал от него лишь одно имя, прекрасная маска, — ответил Дэдлей.
— Я знаю какое: «Мария Стюарт!» О чем они говорили? — допрашивала цветочница.
— Рыцарь спрашивал об одной фрейлине, которая исчезла сегодня, и просил заступничества у молодой королевы!
Екатерина испуганно вздрогнула.
— А что сказала на это Мария Стюарт? — спросила она.
— Мария Стюарт сказала, что не вмешивается в дела фрейлин вашего величества! — ответил Дэдлей.
— Вы лжете! — воскликнула Екатерина. — Не советую вам шутить со мной!
— Я думал, ваше величество, что имею право ответить на шутку шуткой, — нашелся Дэдлей. — Я не допускаю мысли, чтобы вы, ваше величество, серьезно думали, что я могу взять на себя шпионские обязанности.
Екатерина выпрямилась, и ее глаза сверкнули через отверстия черной маски.
— Вы подслушали разговор Марии Стюарт с рыцарем, сэр Дэдлей, — сказала она дрожащим от злобы голосом. — Во избежание моего гнева сообщите мне всю правду.
— Ваше величество, я до тех пор слушал чужой разговор, пока думал, что речь идет о какой-то маскарадной интриге, — возразил Дэдлей, — но убедившись, что это не то, не посчитал себя вправе подслушивать дальше, тем более выдавать чужую тайну. Могу только уверить вас честным словом, что ничего не было сказано такого, что могло задеть честь дофина, его жены или кого-нибудь из высочайших особ.
— Да, если тут замешана чужая тайна, то вы совершенно правы, не следует болтать о ней, — ласково заметила королева. — Однако скажите, от кого вы слышали об исчезнувшей фрейлине?
Несмотря на ласковый тон Екатерины Медичи, Дэдлей. почувствовал, что вместо недавнего расположения она воспылала к нему ненавистью, как обыкновенно поступала со всеми, кто отказывался быть рабом ее воли.
— Об этом вообще говорили в зале, — ответил Дэдлей.
— Кто же говорил? Какие маски? — продолжала допрашивать Екатерина.
— Не знаю, право, не заметил! Какой-то турок или испанец!
— А может быть, палач! — грозно воскликнула королева. — Вы очень смелы, сэр Дэдлей, если позволяете себе не обращать внимания на гнев Екатерины Медичи.
— Ваше величество, цветочница дала мне право надеяться, что благородная королева снизойдет до того, что подарит меня своей милостью. Одну минуту я был так ослеплен, что принял шутку за правду, но, услышав имя венецианки, сразу опомнился. Я понял, что надо мной только посмеялись. Конечно, королеве легче всего было узнать от своей невестки, что говорил ей рыцарь в черном, к чему ей понадобилось бы прибегать к помощи постороннего лица? Что касается фрейлины, то я слышал, как одна маска спросила другую: «Скажите, это — не виконтесса Монгомери стоит у окна?», а другая ответила: «Нет, фрейлина королевы Екатерины сегодня куда-то исчезла!»
— Это — неправда, я здесь! — вдруг прошептал чей-то голос.
Королева отшатнулась, вся побледнев, точно увидела перед собой привидение, а маска, прошептавшая эти слова, со смехом удалилась.
— Догоните ее! — простонала Екатерина. — Задержите се, Дэдлей, и я все прощу вам. Скорее бегите за ней, вот она идет по галерее!… Столкните ее вниз, если она захочет сопротивляться.
Последних слов Дэдлей уже не слышал, так как побежал за маской по коридору. Дойдя до поворота, маска исчезла бесследно.
Дэдлей вернулся в дурном настроении к королеве, которая, не вытерпев, пошла к нему навстречу.
— Маска исчезла! Это какая-то нечистая сила!
— Как вы неловки, сэр Дэдлей! — сердито заметила королева.
— Он не виноват! — внезапно раздался тот же голос. — Не так-то легко схватить привидение, ха-ха-ха!
Смех был хриплый, неприятный.
— Это — сам сатана, вырвавшийся из ада! — испуганно проговорила Екатерина и перекрестилась. — Маска должна скрываться где-нибудь здесь, так как все наружные выходы закрыты. Обнажите шпагу, сэр Дэдлей, и следуйте на мной…
Королева пошла по коридору, прилегавшему к запасным комнатам дворца, в которых никто не жил. Здесь не было нигде огня, только в самом конце коридора, сквозь единственное окно, пробивался лунный свет. При этом слабом свете Дэдлей, опередивший королеву, заметил притаившуюся таинственную маску. Он бросился к ней.
Но вдруг случилось что-то невероятное. Был ли это обман зрения, или действительно существовало колдовство, но маска отделилась от земли, поднялась вверх и с хриплым смехом исчезла. Когда Дэдлей подошел к окну, то увидел, что оно открыто. Он заглянул вниз и задрожал от ужаса: цепляясь за выступы, как кошка, спускалась вниз таинственная маска, в которой Дэдлей вдруг узнал Филли. Одно неловкое движение — и несчастный мальчик полетел бы с высоты верхнего этажа на гранитную мостовую набережной.
Дэдлей оглянулся — королева еще была далеко, в другом конце коридора. Когда через несколько секунд Дэдлей снова выглянул в окно, Филли на стене уже не было. Дэдлей наклонился, чтобы рассмотреть, не упал ли Филли, но никого не увидел.
— Что случилось? — спросила подоспевшая королева.
— Ваше величество! — воскликнул Дэдлей. — Дьявол обманул нас. Посмотрите вниз! Если то, что мы видели, человек, то он лежит теперь на улице, разбитый вдребезги.
Королева взглянула вниз, потом — на Дэдлея и сказала:
