Но ему повезло, что солдат согнали из разных гарнизонов... да даже и не это! Повезло в том, что у них просто-напросто не хватило мозгов, чтобы распознать чужака. Одет по-нашему, говорит по-нашему - значит, наш. Такова логика их рассуждений. Наши, земные ребята, раскусили бы подобную "подсадку" в два счёта. А этим всё по барабану!
Потому что мозгов у стражиков меньше, чем у остальных. Сражаться, драться - и одного мозжечка хватит. Кору больших полушарий подключать не обязательно.
А вот со спецслужбистами такое не прошло. И если бы молодой не обознался... Но обознался ли он?
Почему-то этот вопрос занимал Анатолия больше всего. Потому что сейчас у него появилось два варианта натурализации: вернуться в казарму Шеаршенка - что означало движение вспять, и ни к чему не приводило, исключая временную передышку. Но это, во-первых, далеко, во-вторых, он без формы. А значит, стражиком его посчитать не смогут.
Или попытаться отыскать того спецслужбиста, с которым он удачно побеседовал у Блехшерка. Парень, похоже, грамотный, несмотря на всего лишь двойную каску. У его командира тройная, однако тот выглядел и вёл себя намного глупее... Что значит молодость! Или у них другие критерии? Как говорил профессор: всё зависит от строения черепа и первоначального объёма мозга.
Что же касается спецслужбиста, то вряд ли ему удалось спастись при нападении на конвой. Вон как носороги летели! А потом всех захваченных в плен...
Анатолий не додумал: всё и так более чем понятно.
Погружённый в свои мысли, он и не заметил, как вышел за окраину столицы. Оно, собственно, и профессор жил не в центральных кварталах - центра Анатолий, по сути, так и не увидел. И вообще столица встретила его как-то неласково.
Анатолий настолько устал, что едва передвигал ноги. Драка в трактире, путешествие к профессору с тяжёлым орехом в руках, треволнения в лаборатории, схватка со спецагентом, погоня... И всё без обеда и без ужина. Неудивительно, что он валился с ног.
Поэтому, разглядев на поле в свете звёзд нечто похожее на копёшку сена, Анатолий без раздумья свернул туда, и, чуть разгребя небольшую нишу, уснул, привалившись к копне спиной.
КАРТИНЫ МЕСТНОЙ ЖИЗНИ
Переночевав в копне сена, Анатолий почувствовал себя несравненно бодрее. Неизвестно, что послужило причиной: сам ли сон, всегда выступающий наилучшим лекарством при всех болезнях, фитонцидные ли выделения сохнущей травы, или какой-то иной, неизвестный на Земле фактор. Но утреннее настроение Анатолия оказалось превосходным.
Единственной проблемой оставалась маскировка. Требовалось так задрапировать земной комбинезон, чтобы он не выглядывал из-под остатков франтоватой одежды, превратившейся в грязные лохмотья. Плохо то, что комбинезон, повинуясь зову конструкторской мысли, не хотел выглядеть рваным и грязным. Его наноструктуры не понимали необходимости маскировки, и исправно проводили регенерацию, дезинфекцию и стандартную самоочистку, тем самым поддерживая комбинезон в идеальном состоянии. И он постоянно выглядел, как с иголочки: хрустел и переливался.
Сверху же его занавешивало грязное тряпьё.
Разумеется, Анатолий мог влезть по пути в грязную лужу, дабы привести наружный фон в полное соответствие с исповедуемой ныне легендой. Но купание давало лишь временную отсрочку: через пару часов комбинезон вновь выглядел бы, как новенький. И к тому же что-то глубоко внутри Анатолия препятствовало этому. Наверное, привычка к чистоте, присущая любому нормальному человеку.
В крайнем случае можно снять комбинезон и спрятать, но Анатолий считал, что подобный случай не наступил и никогда не наступит. Снять комбинезон означало остаться голым - и в буквальном смысле, и в переносном. А к этому Анатолий не приготовился. Не те времена, не та планета.
Что ж, пришлось довольствоваться тем, что имелось в наличии: Анатолий тщательно обмотался верхним тряпьём, пожертвовав немалый кусок на завязочки и тесёмки, чтобы тряпьё не распахнулось в неподобающем месте в неподобающее время.
Задрапировавшись всеми возможными способами, Анатолий двинулся на обследование столицы. Надеясь на то, что закон о сто первом километре здесь не работает, и Олимпиада в ближайшее время проводиться тоже не будет.
Ведь ему так и не удалось ознакомиться с городом как следует - в нормальном цивильном состоянии.
Интересно, что покажет изнанка жизни? Её изучением не гнушались и великие люди. Вспомним хотя бы того же Гарун-ар-Рашида.
Проблему завтрака для себя Анатолий решил очень просто: забрёл в ближайшую лесополосу, высмотрел наиболее мясистые листья невысоких кустарников, названия которого ему так никогда и не довелось узнать - и набил желудок. Превозмогая вполне естественное отвращение: листья оказались чуть горьковатыми.
