Все пустились в воспоминания, заранее покорившись предстоящей участи. Анатолий слушал тот бред, что они несли - с точки зрения нормального земного человека - и ему казалось, что нечто подобное он слышал и на Земле, но там словам придавали какой-то иной оттенок.
Клетка вздрогнула и остановилась. Из-за кромешной тьмы - небо затянуло тучами и звёзды не светили - не виделось практически ничего. Затем отворилась дверь в стене здания, выпустив полосу света. Забегали с факелами стражики - или полицейские?
Раздалась команда. Люди в форме выстроились в две линии, образуя проход, соединяющий дверцу клетки с дверью в здании, звякнули ключи, щёлкнул замок - и арестованных принялись по одному выталкивать из клетки и проволакивать сквозь строй молчаливо выстроившихся охранников.
Некоторые двигались самостоятельно. Остальные не могли отказать себе в удовольствии прокатиться на руках у полиции и специально поджимали ноги. Но если не успевали выпрямиться у порога, то получали ступенькой по коленям: полицейские специально ускорялись, подбегая к двери. Последние охранники нарочно не держали факелов, чтобы ступенька таяла во тьме.
Анатолий шёл сам. Не хватало ещё, чтобы к нему прикасались чужие грязные руки.
Помещение, в котором он очутился, напоминало отстойник аэропорта на одной из захолустных трасс Земли позапрошлого века, который он видел в каком-то фильме. Длинные скамейки вдоль гофрированных металлических стен, густая сетка вместо потолка - они что, за забором находятся, не в помещении? И дверь - дверь в ограде, а не в стене? Из-за темноты ничего не разобрал...
Входящие рассаживались на скамейках. Некоторые, подобно, Анатолию, оглядывались, изучая помещение. Другие сидели неподвижно и безучастно, вжав голову в плечи.
У дальней стены стояли пустые бочки. И... вездесущая "пожарная помпа", как ненавистный символ данной цивилизации, его проклятие. Или, может, благословение? Во всяком случае, основа основ, никак не меньше.
- О, Зуб, ты ли это? - один из арестованных встретил старого знакомца. - И тебя замели? А тебя за что? Ты же, вроде, честный продавец на рынке...
- Свои сдали, Перец, - признался Зуб. И здесь, оказывается, клички в ходу? - Фальшивыми мозгами торговал, из-под полы.
- Фальшивыми мозгами?
- Да. Намешивал немного клейстера, порошка из ореховой скорлупы, того, сего... Шло за милую душу!
- А Штымп на тебя работал?
- Ну?..
- Так это ты, паскуда, мне своё дерьмо через него всучил? - Перец схватил Зуба за отворот куртки. - Чтобы я сам в полицию попёрся и на всех настучал, кого знаю?
- Постой... Выходит, ты меня сдал?! Да я тебя!..
- Не я, а мозги твои дурацкие! Я ничего не соображал, как их себе добавил! Думал на новое дело пойти, с Вертунчиком! Ах, ты!..
Ворвались стражики и мигом утихомирили драчунов, привязав к стенным решёткам.
Минуту стояла тишина. И вдруг...
- А-а, волки позорные! - сорвался со скамейки один из заключё... ареста... задержанных.
Он сорвал с себя головную повязку, упал на каменный пол и принялся биться об него головой, вскрикивая:
- Всё равно пропадать! Пусть никому, никому не достанется!
Все оцепенели, наблюдая, как из дыры в голове жирными струйками, желейными кусками и мелкими каплями вылетают мозги, падают на пол и разбрызгиваются по всей комнате. Одна капля пролетела мимо Анатолия, и он судорожно дёрнул головой, чтобы не попало на губы.
В тусклом освещении Анатолию показалось, что прилипшие к полу и к стенам капли слабо фосфоресцируют. Или то падали отблески от светильников?
После первого же удара упавший разбил себе лоб, и капли крови перемешались с брызгами мозгов.
Он вскрикивал всё тише и тише, бился всё реже и реже - и вскоре на его лице расплылась блаженная улыбка, и он уснул. Струйка крови продолжала бежать из рассечённой головы.
Его никто не стал останавливать и поднимать. Да и кто бы мог это сделать? Заключённые сидели в оцепенении - одни в переносном, другие в буквальном смысле: прикованные к решёткам. А полицейским, видно, не привыкать к подобным эксцессам: они просто пришли со щёткой и совочком, смели отовсюду, где заметили - и сбросили в одну из бочек, вместе с кровью. В неё же - как увидел позже Анатолий - выкачивали и другие мозги.
- Кто-нибудь хочет повторить? - офицер в высокой блестящей каске вышел на середину помещения. - Не советую: так вы нанесёте себе лишние раны. А если будете сидеть спокойно, ничего страшного не случится. Мы просто откачаем у вас излишки мозгов и отпустим. Вам сразу станет легче. Согласитесь, ведь вы порой сетуете на жизнь? Вам кажется, что всё вокруг плохо? Это от переизбытка мозгов! Мы избавим вас от них и даруем подлинное счастье!
Задержанные угрюмо молчали.
- Видите, как он улыбается? - офицер указал на лежащего на полу. - Ему хорошо, он счастлив. Вам будет ещё лучше! Потому что вы не бились головой об пол и рана не будет саднить.
И процедура началась. Одного за другим бродяг подводили к помпе, сдирали с голов повязку - у кого она имелась - и отпускали, "осчастливленных".
