Через месяц собрался Совет, рассмотрел заключение экспертов и принял решение вернуть директору заявление, чтобы он исправил его по замечаниям специалистов, а затем снова послал в министерство для дальнейшей работы. Господам экспертам назначили по кругленькой сумме в двести пятьдесят динаров каждому, которые выплатили не то из пенсионного фонда вдов чиновников отдела просвещения, не то из средств, предназначенных на жалованье низшим служащим.
Свое заключение Совет с почтением направил господину министру для дальнейшего прохождения.
Заявление вместе с заключением экспертов было возвращено директору для исправления по замечаниям специалистов…
Так основательно, со знанием дела рассматриваются там все заявления, по полугоду ведется переписка, пока не будет исправлена в них и малейшая грамматическая ошибка, и лишь посте этого приступают к дальнейшей работе.
В результате обширной переписки даже из самой маленькой бумаги вырастает такое огромное дело, что человек едва может взвалить его на плечи.
Все чиновники министерства — писатели, так как они пишут книги; только господин министр ничего не пишет. К нему я не посмел явиться, потому что все меня отговаривали от этого шага, если мне дорога голова. Господин министр, сказали мне, целыми днями занимается гимнастикой, человек он очень вспыльчивый и любит драться.
Рассказывают, что однажды он подрался с главой церкви. Глава церкви, хороший спортсмен и страстный наездник, тоже был человек вспыльчивый и тоже любил драться. Как-то в церкви, неизвестно почему, он ударил священника во время богослужения палкой по голове. По общему мнению, вспыльчивым он стал из-за постоянного чтения святых книг, поэтому выходки его оправдывают. Первое его столкновение с министром произошло из-за конных состязаний, что обнажило многие другие разногласия по вопросам религии и просвещения, от которых зависело правильное воспитание молодежи. Глава церкви настаивал, например, на том, чтобы в учебник закона божьего во что бы то ни стало был включен раздел о выращивании жеребят, а министр требовал включения раздела о плавании. В этих важных вопросах не уступал ни тот, ни другой, и дело дошло наконец до того, что они не могли больше видеть друг друга. Чтобы отомстить своему противнику, министр приказал исключить раздел о лошадях даже из зоологии, а вместо этого отвратительного животного изучать в школах плавание.
Но ведь изменить какое-то место в учебнике — это пустяк, у нас не то что учебники, а целые программы меняются через день.
Из работающих на ниве просвещения не было ни одного, который не писал бы школьных учебников, не говоря о том, что каждый являлся автором поучительной книги, предназначаемой для награждения учеников и для чтения примерным детям.
Учебники, точнее их авторы, ждали своей очереди. Деньги нужны многим, а поэтому учебники или закупают по распоряжению министра, или рекомендуются школам для обязательного пользования. Прежде всего министр обеспечивает своих родственников и ближайших друзей. Не успеют школьники приобрести рекомендованный учебник, глядишь — закадычный приятель министра уже тащит другой. И этому, разумеется, тоже надо пойти навстречу. И в тот же день выходит приказ:
«Длительное пользование учебником (по такому-то предмету, такого-то) выявило его непригодность, а посему в интересах дела существующий учебник из употребления изъять и ввести учебник… (имя автора забыл)».
Я хотел посетить министра юстиции, но он был за пределами страны. Правительство Страдии имело серьезное намерение основать несколько школ для глухонемых детей, чтобы тем самым поправить тяжелое финансовое положение государства, и министр юстиции отправился за границу познакомиться со школами такого рода.
Это такое важное и значительное дело не терпело отлагательства, и поэтому сразу были приняты самые срочные меры. Помимо того что министр юстиции (с очень большой надбавкой к жалованью) отправился за границу изучать организацию школ для глухонемых, был назначен с большим окладом и надбавкой на представительство управляющий школами для глухонемых, подобрали наставников; еще раньше приступили к строительству огромного дома для управляющего. Разумеется, срочно были назначены заведующий хозяйством, врач, начальник местного контроля, кассир, помощник кассира, писарь, три-четыре переписчика и несколько служителей. Все они, от управляющего до служителя, неукоснительно получали жалованье, с нетерпением ожидая часа, когда можно будет вступить в новую должность; правда, управляющий кое-кому доверительно сообщил, что с помощью одного родственника министра он добивается разрешения принимать в школы совершенно здоровых детей.
Новым учреждением, вернее его служащими, — учреждения-то ведь еще не существовало, — ведал господин министр юстиции, поскольку министр просвещения заявил, что не желает иметь дело «с глухими тетерями».