— С рождеством Христовым!
— Спасибо, матушка. Садись. Ты откуда? Неужто сверху, из Палилулы?
— Что поделаешь, доченька, надо проведать добрых знакомых, а то ведь совсем от людей отвыкнешь.
— В самое время пришла! Глиша ушел, да и чертовку мою куда-то унесло, а меня тоска одолела.
— Вот и хорошо, что ты одна, по крайней мере, поговорим без помех. Надобно мне кое-что тебе сказать.
— Да уж догадываюсь, опять, поди, хорошую партию для моей Каи нашла!
— Сама знаешь, я никому плохих партий не предлагаю. Я, доченька, не гонюсь за дорогими подарками, главное для меня — чтоб и после венца поминали бабку Соку с благодарностью. Так вот, этот пострел Васица, ну знаешь — он у Перича служит, с Нового года начинает свое дело, парень трудолюбивый, толковый, рассудительный, капиталец хороший сколотил, уж и товар сортирует. Сам Месарович предлагал ему ссудить пятьсот дукатов, а он и полушки не берет. «Не хочу, говорит, сразу в долг влезать, хочу, чтоб в моем доме все мое было, чтоб не дрожать, что с минуты на минуту придут вещи описывать». Думает обзаводиться домом, а одному, знаешь, нелегко. Пришел ко мне и упросил высватать ему вашу Каю, по ней, говорит, сохнет, знает, что она бесприданница, да ему денег и не надо: нужен ему верный друг, а это можно и без приданого, было б только желание. Так вот, Юла, потолкуйте с Глишей, не упускайте эту партию, лучшей не дождетесь, богом клянусь. Вы уж упустили двух молодцов, а теперь сами видите, они, того и гляди, обойдут старых торговцев. Васа лучший из них, да и денег за невестой не просит. Если и ему откажете, я к вам больше ни ногой. Кая, доченька, молода и собой хороша, да ведь красота с годами уходит, и тогда без денег не устроить вам ее счастья, упустите время и с деньгами жениха наищетесь. Подумайте хорошенько и дайте мне знать, если упустите и такой случай, как бы после не пришлось локти кусать…
Так говорила бабка Сока, впрочем, как и положено свахе, и надо сказать, говорила вполне искренне, не прибегала к хитростям и уловкам, к каким обычно прибегают свахи и какими и она порой не брезгала. Есть немало свах, которые, увлекшись перечислением богатств жениха, делают его чуть ли не миллионером, а после свадьбы выясняется, что он гол как сокол. Многим, кто не знаком с деревенскими и провинциальными свычаями и обычаями, покажется это странным и даже невероятным, но я знаю сотни подобных примеров. Приведу один из них. В том же городке А., о котором идет наш рассказ, проживал богатый торговец Петрович. Служил у него бедный приказчик, искал он себе жену с хорошим приданым, чтоб на ее деньги открыть лавку. И эта самая бабка Сока отправилась в дальний уезд, нашла там хорошую девушку, за которую сватался офицер в чине капитана 1-го класса, и принялась перечислять ей и ее отцу, желавшему выдать ее за торговца, добро будущего зятя. Она перебрала все, чем владел торговец Петрович, и даже еще прикинула. Отец девушки согласился отдать дочь, только предварительно решил своими глазами увидеть жениха и его богатства. В первое же воскресенье он явился в А. Его привели в дом Петровича. Хозяин уехал в тот день в село, слуги разбрелись кто куда, и в доме оставался один приказчик. Он и начал водить гостя по дому, показывая ему «свое» добро. Потом позвал соседей, устроил славное угощенье, все хвалили жениха. Так ловко провернул он дельце, а вскоре и свадьбу сыграли. Через два дня после венца приказчик пошел прогуляться с молодой женой; по пути завел ее в лачугу и сказал: «Вот наше жилье. Я не хозяин, а слуга». Такие случаи не редки, правда, чаще в селах; в городах такое тоже бывает, но значительно реже.
Сейчас бабка Сока при полном желании не могла прибегнуть к обману, ибо Юла сама знала Васу как облупленного.
Пока бабка Сока говорила, Юла думала свою думу, сравнивала Васу с уездным начальником, и наконец решила, что все-таки лучше быть женой уездного начальника, чем женой торговца…
— Спасибо тебе, матушка, наставляешь меня, ровно дитя родное, дай бог тебе здоровья, но что поделаешь, рано нам о свадьбе думать. У Каи ни одной новой рубахи нет. Отец все твердит, пускай посидит еще годок, пускай послушает нас, стариков, да и ни к чему так рано хомут на шею надевать, ведь детки пойдут, как грибы после дождя…
— Ладно, ладно, Юла. По совести говоря, я и не ждала иного ответа. В городе болтают, будто вы прочите ее за начальника уезда, да я толки и пересуды не слушаю…
— Бог с тобой, матушка, мало ли что болтают, людям рот не заткнешь; мы такое и в мыслях не держим.
— Дай бог, доченька, чтоб так и было. Я свое сказала, ни с кем ссоры не желаю, и с вами тоже. Прощай, Юла, однако ж мой тебе совет — поговори с Глишей, и сразу дайте мне знать, потому как парень ждать не может. Прощай, Юла, передай привет Кае, жалко, что ее нет, хотелось бы и ее слово услышать, да все одно, ты уже сказала.
Так закончилась миссия бабки Соки. Тетушка Юла насмешливо улыбнулась ей вслед, потом вошла в комнату и снова принялась размышлять. Нет, лучше быть за начальником уезда…