Кто бы мог подумать, что подобная чушь и бредовые ассоциации доведут моего женевского знакомого до такого состояния… Вдоволь нахохотавшись на обратном пути, он высадил меня возле моего дома напротив музея, на секунду приостановив движение на односторонней улице:
– Я заеду за вами в девять, – бросил он напоследок.
– Вы так и не уточнили, куда мы поедем.
– В Ponta do Sol.
– Это какой-то клуб?
– Это последнее место на Мадейре, где можно увидеть солнце в случае конца света, – подмигнул Дженнаро. – Это город.
– А что с дресс-кодом? – замялась я, вспомнив шикарные наряды брюнетки Франгиции.
– Дресс-код вечера – ваша улыбка. До встречи, мадемуазель.
Ровно в девять я бежала вниз по деревянной лестнице, спускаясь со второго на первый этаж и периодически наступая на ткань черно-зеленого сарафана в пол. Щелкнув качественным металлическим замком, я почувствовала, как волосы в очередной раз рассыпались по лицу из-за штормового ветра. «Rolls Royce Dawn» мигал аварийкой ровно в пяти сантиметрах от меня.
– Опоздала? – спросила я, стараясь обрести привычный ритм дыхания.
– Нисколько, – ответил он и нажал на педаль газа.
Меня поражала его пунктуальность. Я не могла понять, каким образом этот человек так четко рассчитывал время. Его точности позавидовали бы даже лучшие швейцарские часы, красовавшиеся на сильном запястье. Секунда в секунду. Миг в миг.
– Красиво выглядите, – сдержанно произнес он. Мне с трудом верилось в то, что он так отчаянно смеялся, когда несколько часов назад мы были на Cabo Girao. Четырехчасовое расставание безапелляционно уничтожило былую легкость. Дженнаро снова казался холодным, недоступным и каким-то чужим.
– Спасибо. Вы тоже. – Я стушевалась, потому что меня не отпускало ощущение скованности и дискомфорта. Мне показалось, что он пожалел о том, что пригласил меня в этот… черт, я даже название города забыла. – Что-то не так?
– Мадемуазель, простите, – он сказал это очень искренне. – Все так. Виноват. С вами бывало такое, что вы пытаетесь разгадать загадку, но ничего не выходит?
– Постоянно. – В какой-то степени я даже растерялась. – Моя жизнь напоминает шрифт Т9 – это моя главная загадка. Я пишу «радость», а Т9 меняет ее на «грусть». Я пишу «свобода», а Т9 кричит «отношения». Я пишу «Мадейра», а Т9…
– Я вас понял, – наконец-то он снова улыбнулся. – Давайте просто повеселимся, абстрагируясь от вашего шрифта и моих мыслей.
«Давайте», – подумала я, не имея ни малейшего представления о том, какое бесшабашное веселье нас поджидает.
Городок Ponta do Sol представлял собой нечто среднее между французским Бонье из фильма «Хороший год» и полюбившемся мне пристанищем Уинстона Черчилля. Брусчатка эффектно подсвечивалась фарами с застенчивой буквой «R», и мы приближались к цели все ближе и ближе, несмотря на мою неконтролируемую нервозность. Он несколько раз уточнил, насколько сильно я голодна, и, получив в ответ «вообще нет», предпочел ресторан под названием «The Old Pharmacy»[40]. Владельцу заведения не пришлось ломать голову над тем, как окрестить свое детище, поскольку ресторан располагался в здании старой аптеки. Невысокие деревянные столы и стулья-пеньки идеально сочетались с заставленными вином полками, а каменные стены прекрасно смотрелись на фоне дубовых потолочных перекрытий. «Старая аптека» пользовалась грандиозным спросом у желающих отлично провести время островитян, поэтому о столике на свежем воздухе мечтать не приходилось. Открытая площадка кишела сидящими и стоящими вокруг диванов людьми, которые пришли сюда за общением, хорошим вином и огромным разнообразием португальских тапасов[41]. Официанты пробивались сквозь толпу, разнося крохотные закуски и наполненные бокалы, тем самым преумножая всеобщую атмосферу радости и беззаботного веселья. Мы уже практически добрались до барной стойки в глубине помещения, когда прелестный женский голос заглушил стоящий в ресторане гул пронзительным «Дженнааааро». Мы обернулись с разницей в долю секунды, так как после страстного «Дженнаро» мужской тембр произнес удивленное «Джулия???».
Вокруг круглого деревянного стола расположилась разодетая компания из четырех человек: Франгиции, ее красавца-кавалера, знакомой мне барышня из «Cipriani» и, к моей нескрываемой радости, дорогого моему сердцу владельца дома, где я жила. Дженнаро по очереди представил меня своим друзьям, оторвавшихся от винных бокалов и расцеловавших меня в обе щеки:
– Это Франгиция, это Мигель, это… – Он на секунду задумался, видимо, припоминая имя девушки, которая так активно пыталась увлечь его разговорами в мишленовском ресторане. – Это Филиппа.
Высоченный ухажер Франгиции, по имени Мигель, привстал из-за стола и познакомил Дженнаро с Жоржем.
– Джулия, я очень рад тебя видеть, – воскликнул Жорж. – Я писал тебе в фейсбук по поводу сегодняшнего мероприятия.
– Правда? Жорж, спасибо! Я практически весь день была без интернета и не успела добраться до сообщений.
Все очень доброжелательно меня встретили, кроме барышни с конским хвостом, в планы которой, по всей вероятности, не входило мое присутствие.
