– Нет, нет, Айше, милая! Не обижайтесь. Я такого совсем не думала. Я не потому звоню вам. Я же только что поняла, что и правда звонок не мог быть с того света. Я чуть с ума не сошла. Я хотела всего-навсего предупредить вас: ведь и вы выступили свидетельницей… и… и я надеялась: если и вам позвонили, то значит у меня не галлюцинации.
– А вы узнали бы голос? – проявила неожиданную практичность Айше.
– Нет, наверно. Очень тихий голос. Женский, конечно. Я вот что думаю: так подшутить могла только одна женщина. И вы тоже знаете – кто!
«Я знаю, кого вы имеете в виду, и только. А вот зачем вы, сударыня, ночью почти впотьмах выглядываете на лестницу? За кем подсматриваете и подслушаваете?»
Бледно-сиреневый с нежно-оранжевым. Интересное сочетание. Только оранжевый должен быть того оттенка, который по-французски называется «saumon» – цвет лосося. А если еще добавить воды?
Дениз обмакнула кисть в воду и провела ею по цветовым пятнам на бумаге.
Акварель послушно повторила зигзаг, сделанный кистью, побледнела и приобрела совсем размытый, прозрачный тон. Так, это для шифона. Неплохо. С этого можно начать – с необычного сочетания цветов. Мало кому придет в голову соединять фиолетовый с оранжевым. Хотя Дениз припоминала, что на каком-то занятии слышала о хорошей сочетаемости «цветов радуги» через один цвет: красный с желтым, желтый с голубым… Помнится, тогда она и подумала, какое уродство: оранжевый с фиолетовым! И вот, на тебе! Оказывается, теоретики бывают правы. Жаль, что она никогда всерьез не вслушивалась в лекции. А впрочем, не жаль.
Дениз училась на курсах дизайнеров не для того, чтобы чему-нибудь у кого-нибудь научиться. Она считала, что творческим профессиям научить нельзя: либо у тебя есть талант, либо нет, одно из двух. Все разговоры о технике, художественных приемах, мастерстве, приобретенном в процессе труда, она слушала с презрительной усмешкой. Ничего этого нет!
Трудятся только бездарности. И пусть себе трудятся. Все равно им со всей своей техникой, приемами и трудолюбием не угнаться за настоящим талантом. За ней, например.
В том, что она безумно талантлива, Дениз не сомневалась.
Как и в том, что совершенно неотразима. Но если второе ни в каких подтверждениях, кроме завоеванных и разбитых сердец, не нуждалось, то с первым дело обстояло сложнее. Нельзя же прийти в солидную фирму и заявить: «Я талантливый дизайнер. Возьмите меня на работу, а то ваш интерьер всех приличных клиентов распугает!»
Нужен диплом. Никому не докажешь, что тебе нечему учиться, что талант дается свыше, что идей у тебя хватит на целое бюро. Но чтобы создать это бюро – опять же нужен диплом. Из-за этого Дениз второй год мучилась на курсах дизайнеров, кое-как сдавая нечастые зачеты, которые, надо признать, ни для нее, ни для других учащихся трудности не представляли: это были частные, платные и весьма дорогие курсы.
Постепенно Дениз поняла, что диплом-то она приобретет, но что он ей даст?
Представления о том, что есть хороший диплом – будут и неплохие деньги, давно устарели. Теперь все наоборот: есть деньги – будет и диплом. А потом? Что потом? Где гарантия, что будет работа, причем не просто работа, когда каждый день таскаешься на эту работу, как бедная Айше, а денег, чтобы жить нормально, ни за что не получишь?
Она, Дениз, так жить не собирается. Ей нужны деньги. Много денег. И возможность ими свободно пользоваться. Потому что жить так, как Фатош, у которой все траты контролирует муж, она тоже не собирается. Что с того, что он позволяет ей тратить на себя сколько угодно и покупать любые побрякушки? Она, Дениз, не потерпела бы никакого контроля.
Но чтобы жить так, как ей самой хочется, нужно что-то предпринимать. Потому что совершенно ясно, что никакого миллионного наследства ни в ближайшем, ни в отдаленном будущем не предвидится. Рассчитывать можно только на себя. И на свой талант – так думала она, когда была наивным подростком.
Теперь-то она точно знает: одного таланта мало, чтобы заработать много денег. И диплома мало. Нужны связи, покровители – а это те же деньги, нужны реклама, мастерская – а это уже большие деньги. Так что получается заколдованный круг. Из которого надо как-то вырываться.
Ладно, диплом она получит – это, по-видимому, дело решенное. За учебу прилежно платят, и хорошо. С дипломом дизайнера красивая девушка выглядит безусловно лучше, чем без него. И стоит дороже. Дениз давно поняла, что использовать свои таланты только по их прямому назначению – дело совершенно бесперспективное в финансовом смысле. Но ведь обычно, если человек талантлив, он талантлив во всем, разве не так?
Дениз придирчиво разглядывала плотный лист для рисования акварелью.
Рисовала она с детства неплохо, у нее было чувство цвета, прекрасный глазомер и умение быстро и точно находить наилучшие ракурсы и композиционные решения. Если бы кто-нибудь сказал ей, что ее работам не хватает примитивной техники и элементарных знаний, Дениз рассмеялась бы этому человеку в лицо. Будь это хоть сам Сальвадор Дали.
