Надо было подбирать другие варианты. Деньги были нужны постоянно: за курсы-то платят, за квартиру (квартирку!) тоже, а все остальное? Одежда, прическа, макияж, рестораны (не готовить же дома!), вечеринки… Довольно быстро она нашла несколько несложных способов обогащения, но все они оказались весьма хлопотными. Получалось что-то вроде постоянной работы, а это не для нее. Ей не нужны эти мелкие подачки, и она снова принялась за внимательное чтение газет. Впрочем, Айше и доктор пока не женаты. Посмотрим…
«Посмотрим, – смешивая сиреневую и лиловую краски, думала Дениз, – сделаю эту чертову коллекцию, получу диплом; если удастся получить и те деньги, оплачу рекламу и выставку. Тогда можно и за доктора приняться. Она за него замуж не пойдет, эта феминистка. Я его и утешу, бедненького. Все-таки правильно я всегда говорила, что образование женщинам ума не прибавляет. Поймать такого мужчину – и ухитриться не выйти за него замуж! Это надо уметь. Глупость какая! Если он ей не нравится – зачем с ним спать? Если не хочется связывать себя – жени его на себе, да разведись через пару месяцев. И не надо будет бегать на две работы и надевать пиджак от брючного костюма с самодельной юбкой. Профессор, тоже мне! Совсем ума нет!»
На бумаге между тем появлялись рисунки для тканей, варианты драпировок, портьер и занавесок, диванных подушек и настольных ламп. Нежно-сиреневые и розовато-оранжевые, они были прелестны и начисто лишены той грубоватой прямоты и хищной хватки, что были присущи их создательнице. Нарисовав длинную напольную вазу с букетом искусственных гладиолусов, Дениз хотела было отложить кисть, когда резкий звонок в дверь заставил ее вздрогнуть. Кисть дернулась, и на бумагу с рисунком капнула бледно-розовая краска.
«Черт побери! – выругалась Дениз. – Слава богу, что не на вазу! В кои-то веки собралась поработать и на тебе. Кто еще там?! Сегодня и завтра никого не должно быть, – думала она, идя к двери и вытирая испачканные краской руки специальной тряпкой. – Вроде всем сказала, что уехала в гости? А если Фатош?..»
Она резким движением распахнула дверь, не спрашивая «Кто там?» и не глядя в глазок. Зачем? Она, Дениз, никого и ничего не боится.
Но это была не Фатош – перед ней стоял незнакомый мужчина, которого Дениз быстро оценила по своей системе. Внешность приятная, возраст подходящий (не мальчишка и не дед), обручального кольца нет (ни на одной руке, невесты нам тоже ни к чему!), стиль одежды примитивно классический, но приемлемый. А вот все остальное никуда не годится. Одеколон недорогой, стрижка от обычного парикмахера, костюм из магазина готового платья, галстук подобран в тон, но цена его должна бы быть раз в десять выше, усы старомодные и выдают добропорядочного (доброго и порядочного) господина – а с такими скукотища-а!
– Ну? – спросила посетителя Дениз, демонстративно оглядев его с головы до ног.
Она могла бы и исподтишка все нужное рассмотреть, но он-то тогда ее оценивающих взглядов не заметит. Ботинки тоже ничего из себя не представляли. Нет, это, как говорится, не ее герой. Не ее романа.
– Добрый день, госпожа Дениз, – реакция на ее оригинальное приветствие тоже не радовала: примитивное мышление! – Я два дня не мог вас застать. Вероятно, вы уже слышали о местном происшествии? Я из районного управления полиции и должен задать вам несколько вопросов. Разрешите войти? – добавил Кемаль, видя, что девушка не делает ни малейшего движения, чтобы пригласить его в дом.
«Что бы это могло быть? Которое из моих… художеств? – судорожно пыталась сообразить в это время Дениз. – Вот черт! Узнать бы, что именно? Только бы не последнее дело – где я тогда возьму деньги?»
– А что случилось? – как можно любопытнее спросила она. – Что за… как вы сказали? происшествие?
«Хорошо, наверно, совершить одну какую-нибудь пакость, тогда, если придет полицейский, хоть знаешь, чего от него ждать. Все ответы заранее продумаешь, – пронеслось в ее голове, – и можно не дергаться!»
– Так вы ничего не знаете? Вы куда-то уезжали? Странно, что соседи вам ничего не сказали.
– Я ни с кем не общаюсь, – отрезала она. – Проходите, если хотите. Только имейте в виду: я работаю. И, надеюсь, вас не шокирует мой фартук.
Фартук был явно надет на голое тело.
Правда, внизу имелись еще предельно узкие эластичные брючки. Их было сложно заметить, потому что были они нежно-розового, почти телесного цвета и облегали свою владелицу, как вторая кожа. Но на верхней части тела при всем желании нельзя было обнаружить ничего, кроме испачканного красками фартука.
«Кажется, это у них называется «леггинсы», – подумал Кемаль. – Кроме того, молодые девушки вечно строят глазки и играют в какие-то свои игры, стало быть, нечего и внимание на это обращать…»
– Ну, если ваш фартук не шокирует вас, то почему он должен шокировать меня?
– А вы не безнадежны, – одобрила его ответ Дениз. – Пошли в гостиную. Обувь можете не снимать, здесь не мечеть. И в каком же качестве я интересую полицию?
