Кэсси чувствовала измождение. По большей части из-за перелета, конечно, но также и из-за Лианы. Все, что ей хотелось сделать после того, как вороны провели их удушающе узкими каменными коридорами замка в отведенные для них покои – плюхнуться на кровать и спать, спать, спать, покуда возможно. Но увы, Лиана болтала, болтала и болтала. Под конец Кэсси испугалась, как бы у нее из ушей не полилась кровь.
Лиане хотелось обсудить все: деревья, водопад, реку и город с замком. Когда у Кэсси наконец забрезжила надежда, что темы для разговоров исчерпаны, Лиана отдернула толстые тяжелые гардины и выскочила на балкон, увлекая за собой Кэсси полюбоваться видом, который и правда оказался впечатляющим.
Замок располагался на самом краю острова, балансируя над обрывом. Часть пейзажа освещалась светом масляных фонарей на домах, а вторая сверкала под звездами. Лиане, конечно, захотелось перелететь через перила и исследовать свой новый дом, но Кэсси в последний момент схватила бурлящую энтузиазмом подругу за ногу, напоминая, что принц, вероятно, сам захочет представить ее подданным. Лиана тут же сникла, как лишенный солнца цветок, но уступила логике Кэсси. Однако напоминание о принце породило новую тему для разговора. Кэсси повиновалась, изо всех сил стараясь держать глаза открытыми, но в конце концов ее сморила усталость.
Она проснулась несколько часов спустя в благословенной тишине.
Спина болела, потому что она задремала, сидя на стуле. И крылья, свесившиеся с подлокотников под неестественными углами, тоже оказались весьма чувствительными. Все же она немного отдохнула и привела себя в состояние готовности. Что еще более важно, Лиана крепко спит в своей постели, значит, можно приступить к настоящей работе.
Кэсси снова закрыла глаза и перевоплотилась в свою духовную сущность.
Она ощутила укол вины, скользнув к окну и вылетев в бескрайнее небо над замком, оставляя Лиану внутри. Будь это утро и для Кэсси первым в Доме Шепота, вероятно, она, как Лиана, вела бы себя восторженно, трещала бы без умолку и всему удивлялась. Но, утомленная необходимостью хранить секреты, она следила за языком, изо всех сил стараясь не сболтнуть, что уже много раз видела и эти деревья, и горы, и сам город. Для нее ощущение чуда давно поблекло, сменилось мрачной решимостью, растекающейся по венам.
Кэсси нырнула в туман и вернулась в плавучий город, где ее король находился прошлой ночью. Его корабль и сейчас был на месте, громадный и величавый, и она поспешно влетела внутрь, слишком изнуренная, чтобы медлить. Несколько мгновений спустя она проникла в сон короля, изменив картинку по своему усмотрению, и воззрилась в его серые как грозовое небо глаза.
– Спасибо, что вернулась так скоро, Кэсиандра.
Кэсси просто кивнула, так как во рту пересохло и было трудно говорить. Она знала о грядущем и не могла думать ни о чем другом во время длительного перелета в Дом Шепота, когда не на что было отвлечься, кроме чистого голубого неба, временами делающегося хмуро-серым. А она всегда отличалась слишком живым воображением.
Морщинки в уголках глаз короля углубились на мгновение, когда он заметил ее серьезный настрой, но, как и обычно, отмел это обстоятельство как несущественное и перешел к делу:
– Я решил, как поступить с
Она снова кивнула, почувствовав спазм в горле.
Пока король излагал свой план, зародившееся у нее в груди пламя растеклось по телу, достигло кончиков пальцев рук и ног, сделав ее неподвижной и одновременно раскаленной добела. В животе рос и ширился протест, не достигая, однако, губ. Она почувствовала тошноту, становящуюся все более настойчивой, а также отвращение и стыд. Каждый отдаваемый королем приказ будто отрывал кусочек ее плоти, и она испугалась, что в конечном итоге от нее ничего не останется – ни Кэсси, ни Кэсиандры, никого.
Однако она способна кое-что предпринять напоследок.
Особенно учитывая, что это может всех их спасти.
– Мы рассчитываем на тебя, Кэсиандра, – мягко подытожил король, опуская свою тяжелую уверенную руку ей на плечо – как будто, возможно, всего лишь возможно, понимал, насколько серьезна его просьба. Потерев ей ключицу большим пальцем, он убрал руку, и ее тело подалось вперед в попытке продлить прикосновение.
Слово впорхнуло в ее сознание, прежде чем она успела поймать его, остановить, вспомнить, с кем говорит.
Кэсси выпрямилась.
– Я не подведу, ваше величество.
Сновидение растаяло.
