Выбрав десяток людей, он велел им ждать его зова, но из лагеря вышел один: тишина и осторожность являлись необходимыми условиями успеха. Переходя вброд ручей, Том на ходу наклонился и захватил горсть черного ила, чтобы вымазать лицо: его светлая кожа просто сияла в лунном свете, а его цель была скрытной и хитрой. Хотя Том затеял охоту на огромное животное, оно вело ночной образ жизни, поэтому лишь немногие люди его видели.
Том шел по дальнему берегу ручья почти милю. Приблизившись к болоту, где росли белые арумы, он замедлил шаг. Теперь он то и дело останавливался, чтобы внимательно прислушаться. На краю болота он присел на корточки, положив большое ружье на колени. Том терпеливо ждал, не шевелясь, даже не отгоняя москитов, которые тоненько жужжали вокруг его головы. Луна поднялась выше, и ее свет стал ярче, а тени, что отбрасывали деревья и кусты, обрисовались резче.
Вдруг совсем близко послышались хрюканье и повизгивание, и сердце Тома забилось быстрее. Он ждал, застыв, как сухой пень, но снова наступила тишина. Потом до Тома донеслось чавканье грязи под копытами, снова хрюканье; он слышал, как клыки вгрызались во влажную землю…
Том чуть продвинулся вперед, в сторону шума. Но шум прекратился так же внезапно, как начался, и Том застыл на месте. Он знал, что это обычное поведение речных кистеухих свиней. При любом звуке они замирали и прислушивались, опасаясь хищников. И хотя Том стоял на одной ноге, он застыл в этой позе, подобно некоей неуклюжей статуе.
Но вот свиньи опять захрюкали и принялись за еду.
Том с облегчением опустил ногу — мышцы бедра уже горели от напряжения — и опять осторожно двинулся вперед. Тут он увидел свою цель прямо перед собой: свиней было несколько дюжин — темные горбатые самки с поросятами рылись в грязи. Но ни одно животное не обладало достаточно крупным размером, чтобы оказаться зрелым кабаном.
Том с предельной осторожностью подобрался к бугорку более твердой земли на краю болота и остановился там, присев на корточки и выжидая, пока из леса выйдут кабаны. На луну набежало облачко; и тут, в полной темноте, Том ощутил движение рядом с собой. Он повернулся в ту сторону, сосредоточенно вгляделся во мрак — и смутно различил нечто массивное, причем настолько близко, что Том мог прикоснуться к существу дулом мушкета. Он потихоньку поднес приклад к плечу, но не осмелился взвести курок. Животное находилось слишком близко и могло услышать щелчок. Том всматривался во тьму, не уверенный, действительно ли это был кабан, или ему просто почудилось. Потом облако убежало, и снова взорвался лунный свет.
Прямо перед Томом маячил гигантский кабан. Вдоль его спины, похожей на гору, дыбилась грива жесткой щетины, растрепанной и черной. Его челюсти были вооружены изогнутыми клыками, достаточно острыми, чтобы распороть живот человека или разорвать бедренную артерию в его паху, отчего человек умер бы за несколько минут.
Том и кабан одновременно увидели друг друга. Том взвел курки мушкета, а кабан пронзительно взвизгнул и бросился на человека. Первый выстрел Тома угодил кабану в грудь, и крупная свинцовая картечь вонзилась в плоть и кости животного. Кабан пошатнулся и упал на передние ноги, но тут же, в одно мгновение, снова вскочил и кинулся на Тома. Том выстрелил из второго ствола, потом ударил разряженным мушкетом по морде свиньи и отпрыгнул в сторону. Один клык зацепил его куртку и разрезал ее, как бритва, но тела не задел. Мощное плечо зверя скользящим ударом задело Тома, и этого оказалось достаточно, чтобы Том покатился в грязь.
Том поднялся на ноги, сжимая в правой руке нож, готовый встретить следующую атаку. Вокруг с шумом метались темные тела, испуганно визжавшие: свиньи удирали в лес.
Едва они умчались, почти мгновенно наступила полная тишина. Потом до Тома донесся куда более тихий звук: тяжелое дыхание и сопение, кабан конвульсивно дергал задними ногами в тростнике. Том осторожно двинулся на шум — и обнаружил лежавшего в грязи кабана, испускавшего дух.
Том побежал обратно в лагерь. Он нашел мужчин там, где он их оставил: они ожидали зова. Никто из этих десятерых не являлся мусульманином, так что религия не запрещала им прикасаться к свинье. Том повел их к болоту, и они подвесили огромную вонючую тушу на крепкий шест. Понадобились все десять человек, чтобы дотащить кабана по берегу реки к тому месту, где Кадем оставался по-прежнему привязанным к дереву и рядом с ним ждали Мансур, Батула и Кумрах.
К тому времени уже забрезжил рассвет, и Кадем уставился на свиную тушу, которую бросили перед ним. Он промолчал, но на его лице отчетливо читались ужас и отвращение.
Принесшие кабана мужчины прихватили с собой и лопаты. Мансур тут же велел им приниматься за дело и выкопать яму рядом с тушей. Никто не заговаривал с Кадемом, люди даже не смотрели в его сторону, работая.
Однако волнение Кадема все нарастало. Он опять потел и дрожал, но на этот раз не от потрясения и боли, как при укусе муравья. Он начал понимать, какую судьбу приготовил ему Мансур.
