- и будет ее сильно портить, так? - Лиля смотрела прямо в глаза принца. - Ваше высочество, не бойтесь меня обидеть, хорошо? Я понимаю, мы, женщины, тонкие натуры... но мне сейчас и так плохо.
- Мне тоже плохо, - рубанул Рик. - Прошлой ночью... я вообще не соображал, что делаю.
- Я тоже, - Лиля вздохнула. - Слишком много всего наложилось. Смерть мужа, вино, да и последний год выдался тяжелым... я себя не контролировала.
- Я тоже.
Мужчина и женщина смотрели друг на друга уже чуть спокойнее. Рик престал ждать слез, сопель и шантажа. Лиля облегченно выдохнула, понимая, что эпизод не будет иметь продолжения.
- Это было... крайне некрасиво.
Рик фыркнул. Кажется, у графини талант к преуменьшениям? Некрасиво? Еще бы на трупе устроились. Никогда бы он себе такого не позволил. Но - сорвало. Да и... если бы Лилиан была любимой женой. Обожаемой, подругой жизни, настоящей половинкой Джеса. Так нет ведь. Розовой коровой Джес ее не называл только последний месяц. И то потому, что Эдоард запретил. Они даже друзьями стать не успели.
- Согласен. Думаю, такое больше не повторится.
Лиля чуть кивнула, проглотив привычную просьбу не зарекаться. Сейчас присказку явно воспримут неадекватно. Видно же - мужчина мучается. Ей было неприятно, да. И даже очень. Но...
В свое оправдание Лиля могла сказать только одно. Вино, усталость, гормоны... сочетание страшноватое. Вот и снесло крышу. И потянуло к первому, кто оказался рядом. Лишь бы живой и настоящий. А так... увольте.
- Да. Мне, наверное, надо уехать? В Иртон, пока траур не пройдет?
Рик покачал головой.
- Нет, графиня. Достаточно, если вы просто перестанете бывать при дворе. На официальных мероприятиях.
- Но...
- А как же ваши проекты?
Лиля вздохнула. Действительно, если она сейчас уедет - многое заглохнет без нее. Да и ее люди здесь не останутся. Не все, но многие последуют за ней.
- Ричард... я останусь и доведу все до ума. Но потом - вы позволите мне уехать в Иртон?
- Вас так туда тянет, графиня?
- Мне было там спокойно.
- Несмотря на все покушения на вашу жизнь?
А что еще могла сказать Лиля. Что еще?
Если бы меня сюда не понесло, люди были бы живы. А я?
Не знаю. Могла бы и выжить. Но мне хотелось не просто выжить, но и жить хорошо. А потом я заигралась. Я забыла, что тут платят кровью. И чем еще предстоит заплатить мне?
- Мы подумаем об этом - через пару лет. Хорошо?
- Хорошо.
- и называйте меня Ричард.
Мужчина и женщина смотрели друг на друга. Не было между ними ни особой любви, ни привязанности, ни чего-то еще...
Не было.
Была просто одна ночь, в которую сошлись два пьяных человека, уставших, потерявших над собой контроль и ищущих тепла рядом. Не больше и не меньше. И чужими друг для друга они уже не будут.
Общая тайна, общая неловкость, понимание и прощение. Да, бывает и так...
Кажется, это входит в привычку у королей Ативерны - иметь общие тайны с графинями Иртон?
Ричард вышел, поцеловав на прощание руку графини. Лиля упала в кресло.
Буду жить дальше?
Во всяком случае, попробую. Всем и вся назло!
Буду жить, воспитывать детей, радоваться жизни, думать о хорошем, мечтать, любить, заниматься делом, там, глядишь, и замуж выйду - только надо подобрать подходящего мужа.
Идеальным вариантом было бы партнерство двух умных личностей. Но где их найти?
Средние там века, не средние, а женская проблема неизменна. Все лучшие мужчины уже заняты подругами.
Вот и Фалион... эх, Александр.
Ты никогда ни о чем не узнаешь, а вот я понимаю, что тебя не стою.
Лиля еще долго сидела, глядя в огонь. А потом махнула рукой - и отправилась наверх.
Дом, дочь, дела...
Кто хочет - может плакать. А она предпочитает двигаться вперед.
***
Ричард смотрел на отца. М-да, племянника тот любил. Эдоард был болезненно серым. Лицо осунулось, глаза запали...
- Все окончилось.
Эдоард кивнул.
- Завтра поедешь к Гардвейгу. Расскажешь ему обо всем.
- И?
- договоришься, когда приедет его дочь. Полагаю, он нам сильно должен.
Рик вздохнул.
- еще как.
- Возьми на столике проект договора. Прочитай, обсудишь.
Рик только головой покачал. Весь серый, на ногах не стоит - но это ведь не повод отлынивать? Работал. Прикидывал, что нужно государству... Альдонай, неужели все короли становятся такими?
Страшно это...
- прочитаю.
- и не злись на Гардвейга. Нельзя нам...
Рик понял отца без слов. Нельзя.
Короли - не обычные люди. И не могут они мстить, радоваться, любить, ненавидеть...
Эдоард тяжело вздохнул.
- Знаешь, иногда я думаю, что зря позволил себе полюбить.
- Но...
- девочки - моя радость. Но остальное... знаешь, за грехи родителей платят дети, но и родители тоже платят, если не успевают вовремя умереть.
- не говори так.
- Я стар, Рик. И мне не так много осталось. Знаешь, я хотел бы сам оплатить свой счет - и закрыть.
Рик покачал головой. Сейчас он не понимал отца. А Эдоард смотрел на сына и думал, что никогда не откроет ему правды.
