– Хорошо, хорошо, Диана, я… О. Диана, вы упрекаете меня за то, что я пришел… Послушайте, Диана!.. Это нехорошо… После поисков в течение двадцати дней я нахожу, наконец, вас в Неаполе; в этой гостинице… Я отправил по вашим следам трех сыщиков, и я…
– Что? Вы осмелились это сделать?
– Простите. Диана!.. Я не мог больше оставаться один в пустынном дворце в обществе Отелло, который в конце концов обвенчался-таки морганатическим браком с кошкой старой графини Орсоло.
Леди Диана не могла удержаться от смеха:
– Неужели?.. Вашей обезьяне удалось?
– Да, Диана!.. среди белого дня на балконе Реццонико… Сорок остановившихся гондол и десять наведенных кодаков присутствовали при этой церемонии… Графиня прислала мне нотариальное заявление, а директор Антверпенского зоологического сада, предупрежденный телеграммой, уже купил у меня будущий приплод… Серьезно, Диана, мое одиночество убивало меня, я не мог больше выносить эту сентябрьскую атмосферу Венеции. Ресторан «Даниэли» полон парочек, глядящих в глаза и пожимающих друг другу руки, лагуна усеяна новобрачными, и, куда ни пойдешь, всюду наталкиваешься на влюбленных. Королева Адриатики напоминает в этот период старую красавицу, возобновляющую светские знакомства между двумя партиями в карты. Отчаявшись в своем одиночестве, измученный вашим упорным молчанием, я нанял трех сыщиков. Один исследовал побережье озер – он вернулся с носом. Другой отправился в Сицилию и вернулся с солнечным ударом. Третий обыскивал Рим. Он то и сообщил мне о вашем отъезде в Неаполь.
– Вы осмелились преследовать меня и поверять ваши секреты сыщикам?
– Я слишком страдал, Диана!.. Мне хотелось знать, уехали ли вы одна, вследствие внезапного припадка неврастении, или же…
Джимми замолчал.
– Дальше, – сказала леди Диана.
– Или же был другой мужчина…
– Вы считаете меня способной на это?
– Простите меня, но я совсем запутался, я скатываюсь вниз по наклонной плоскости… Я даже заподозрил Ручини в желании отнять вас у меня.
– И что же сообщил вам ваш сыщик?
– Что вы прожили в полном одиночестве больше месяца, в маленькой квартире возле сада Боргезе.
– Итак?
– Итак, я идиот!
– Сократ сказал: «Познай себя», – вы помните это, Джимми?
– Этот генерал был прав.
– Сократ?.. Генерал?
– Ведь это он командовал во время отступления армии «Десяти Тысяч?»
– Не будем вдаваться в подробности. Джимми… Греческая история имеет очень мало общего с территорией Соединенных Штатов… Да и не в этом дело. Вы хотели найти меня: вам удалось это. Вы боялись застать меня в объятиях другого. Ваши подозрения оказались неосновательными. Что же вам еще угодно?
– Вас!
– И только?
Диана, не будьте жестоки и не иронизируйте. Я прекрасно знаю, что не обладаю перлами ума, достойными столь утонченной женщины. Я просто славный малый, вот и все.
– Реклама!
– Ничего подобного. Я просто хочу сказать, что я далеко не злой человек, и, если бы у вас действительно оказался любовник, я закрыл бы на это глаза при условии, что мой соперник не был бы ни красивее, ни умнее меня.
– О, этой опасности вы можете не бояться, Джимми, мне было бы слишком трудно найти человека глупее вас.
– Я не совсем ясно понимаю смысл вашей фразы.
– Мужчины всегда задают вопросы, а женщины изобретают ответы… И трудно сказать, кто из них успевает больше… Послушайте меня, Джимми, возвращайтесь в Реццонико снова пить ваш gin-fizz в баре Эксцельсиор. Через шесть недель, шесть месяцев или шесть лет вы снова увидите меня…
– О. Диана, как я не люблю неопределенности… Я унаследовал эту привычку от моей матери, которая подклеивала, нумеровала и распределяла в регистр любовные записки моего отца… Когда вы полагаете вернуться в Венецию?
– Никогда.
Джимми расхохотался. Шутка показалась ему удачной. Он повторил:
– Никогда, никогда?
Леди Диана подтвердила. Джимми взял свою шляпу и перчатки и, дружески похлопывая Диану по плечу, проговорил:
– Диана, я жду вас в субботу; «Тритон» будет у пристани… Решено, в следующую субботу. Спокойной ночи!..
Он быстро поцеловал леди Диану в затылок и, насвистывая, направился к дверям. На полдороге он обернулся.
– Между прочим, если я встречусь когда-нибудь с вашим поклонником, я не скажу ему, что приезжал за вами в Неаполь… Честное слово!
Он исчез.
Леди Диана, не оглянувшись, продолжала полировать себе ногти у окна, созерцая Castello dell’Ovo. Она забыла уже про визит Джимми, как забывают о появлении в комнате пчелы, делающей три поворота, ударяющейся о стекла и улетающей.
Леди Диана и Ручини вернулись семи часам. Они проехали по залитому солнцем Неаполю, по тенистым садам парка Marguerite, окружающего замок Сант-Эль. Сидя, обнявшись, у окна, они любовались Везувием, этой китайской шапочкой, украшенной страусовым пером черного и белого дыма, расплывавшегося в лучах заходящего солнца. По асфальту Партенопы бродили неаполитанцы. Гавань св. Викентия выступала своим длинным каменным острием на фоне моря.
