Гондола химер полностью

– Я не скажу вам этого, потому что вы женщина и, как таковая, можете поступить неосторожно. Все, что я могу вам сказать, – это, что граф Ручини жив и невредим и, понемногу, без шума, терпеливо выполняет предначертанный план.

Леди Диана поняла, что она ничего больше не добьется от своего хозяина, и поднялась:

– Итак, паша, вы обещаете мне передать ему это письмо?

Египтянин, поднявшийся вместе с ней, внимательно смотрел на нее своими черными глазами, он как будто что-то обдумывал. Вдруг, как бы принимая серьезное решение, он приблизился к леди Диане и медленно проговорил:

– Леди Уайнхем, я верю, что вы не похожи на других женщин и что с вами можно отважиться на большее, чем с другими, вам подобными. Доверие, проявленное по отношению к вам Шерим-Пашой и его сообщниками, кажется мне теперь более, чем заслуженным. Я хочу предложить вам кое-что. Передача письма Ручини не особенно большой риск и для вас, и для него, и для меня. Но… вы хотели бы его видеть?

– Видеть его!.. О!.. И говорить с ним?..

– Нет… Только видеть его… Если я не ошибаюсь в вас и вы достаточно владеете своими нервами, чтобы остаться невозмутимой при виде графа Ручини, я берусь показать его вам завтра в восемь часов утра… Когда вы увидите его, вы поймете всю необходимость этого хладнокровия, которое культивируется с таким упорством на вашей родине.

– Где я должна быть завтра в восемь часов утра?

– В гостинице в костюме туристки… Я заеду за вами, чтобы повезти вас осмотреть пирамиду Саккара. Вы знаете, ее, леди Уайнхем, она увековечила древнего демиурга, обладавшего даром воскрешать мертвых… Отнюдь не доброжелатель человечества, как видите… Я покажу вам в Саккара несколько могил священных животных, покажу вам в отдалении пирамиду со ступеньками короля Зогора… Государь, который за три тысячи лет до Рождества Христова… Но простите меня, леди Уайнхем!.. Моя страсть к археологии увлекает меня в то время, как вы, в противоположность Иисусу Навину, хотели бы ускорить движение солнца. Завтра, ровно в восемь, моя карета будет у вашего отеля… Еще раз напоминаю, будьте хладнокровны… Я много слышал о вашем уменье владеть своими нервами. Никогда у вас не будет более благоприятного случая доказать это на практике.

Вернувшись в свою комнату леди Диана с удивлением заметила официальный пакет на своем туалетном столе. Распечатав она прочла:

«Дорогая леди Диана!

Вернувшись в главную квартиру после объезда Судана, я узнал сразу все: о вашем прибытии в Александрию и о нелепых мерах надзора, принятых по отношению к вам моими подчиненными. Я прошу извинения и сожалею, что начальник моего второго отдела счел возможным не считаться с льготами, предоставленными вам моим пропуском. Я только-что дал точные инструкции, чтобы исправить допущенную ошибку. Я надеюсь, что вы используете предоставленную вам свободу, чтобы навестить меня в Асуане. Мое обиталище не блещет комфортом, но чай, который я предложу вам, будет не менее вкусен, чем теплая водичка лондонских кафе. Глубоко уважающий вас. Лесли Варрен».

В тот же вечер она отправилась ужинать в ресторан в обществе нескольких друзей. Два шпиона, следившие за ней, исчезли.

Утреннее солнце согревало уже вокзальный зал. На платформе беспрестанно двигались феллахи в светлых рубахах и крестьянки в черных платьях.

Леди Диана обратилась к паше:

– Вы серьезно собираетесь повезти меня в Бадресхейн осматривать вашу пирамиду? – Конечно, леди Уайнхем!.. Раз надзор снят, воспользуемся этим.

– Паша, – прошептала леди Диана, ведь вы обещали мне что-то, что интересует меня больше, чем все ваши чудеса Саккара?.. Конечно, если только тот, кого вы должны мне показать, не прячется как раз за этой знаменитой пирамидой?

– Увы! Действительность менее романтична. Вы обнаружите его не в тени священных могил… Но в нашем распоряжении еще десять минут до отъезда; взгляните же на погрузку подкреплений, направляемых в верхний Египет.

На соседнем перроне двигались мундиры; полу батальон шотландских стрелков грузился в вагоны.

– Длинный поезд, – констатировал паша. – Пройдемся до конца платформы.

Он увлек леди Диану. Подойдя к последнему вагону, паша остановился и проговорил, указывая на паровоз:

– Эта маленькая машина потащит такой поезд… Очевидно, у нас действительно не хватает паровозов.