– Капитан, эй… – Корсар прервал ругань военстала. – Кончай сраться. Сейчас все порешаем мирно и тихо. Потом будешь выводы делать и рапорты строчить. Сейчас дождемся Треша и все разрулим. Всем будет счастье!
Что именно возымело должное на настроение Скорейко, спокойная речь сталкера или информация о Треше, он и сам не понял, но успокоился и даже отошел в сторону, встав рядом с Аперкортом.
Главарь «Анархии» Махно пристально изучал Корсара, Челюскин непонимающе хлопал глазами. Скорейко сунулся к компьютеру, стоявшему ближе всех остальных, попытался включить его.
– Они уничтожены, – сообщил Корсар.
– Тобою?
– Трешем.
– !!!
– Ты же сам просил его сделать это.
– Он чо, все-таки сумел загнать вирусняк и сжечь сеть?
– Видимо, да. Вон, видишь, системник до сих пор дымит… Так что бесполезняк кнопочки давить, капитан!
– Надеюсь, он скачал все, что нужно.
– Кому нужно? Воякам? Тебе?
– Корсар, не начинай, а? – скривился военстал, будто лимон откусил.
– Сегодня только ты начинаешь, не я.
– Где сталкер?
– Обожди немного, имей терпение. Будет с минуты на минуту.
Скорейко отошел, включил рацию.
– Товарищ майор, это Рысь. Я в бункере… Да… Так точно… Нет, не вижу… Нет, нету его… Говорят, сейчас будет… Кто говорит? – военстал бегло осмотрел присутствующих. – Да есть тут гоп-стоп компашка… Прошу прощения! Да… Здесь командиры «Пепла», «Анархии», «Возрождения» и… и Корсар… Да… Так точно… Есть… Понял вас. Отбой.
Скорейко отключился, искоса посмотрел на сталкера, угадав его мысли. Корсар с иронией глядел на капитана.
– Рысь, говоришь? Гоп-стоп, говоришь? Ну-ну, капитан, ну-ну…
Представители всех группировок стали переглядываться, расходиться по углам и сторонам, гоняя одни и те же мысли. Все ждали прихода майора Бугаенко и его вердикта, но больше всего им хотелось сейчас увидеть Треша и узнать информацию об изделии. В лаборатории наступила тяжелая тишина, и только легонько попискивал на приборе военстала сигнал маячка.
– Сколько можно отсиживаться? Ведь влипнем, стопудово влипнем!
– Молчите, наемник. Скоро уже.
Они засели после ожесточенного боя с пепеловцами в одной из квартир, обхитрив преследователей и успешно переждав прочесывание местности. Гроссману теперь стало окончательно ясно, что «Бастион» перестал существовать, по крайней мере в Туманске. Если когда-то и произойдет волшебство, то клан, возможно, еще напомнит о себе. Но не сейчас! Дни легионеров сочтены. Генерал давно предчувствовал это, но поделать ничего не мог. Необратимость процесса гниения группировки, приближения ее конца уже нельзя было остановить ничем и никому. Рано или поздно вояки пошли бы навстречу кланам Зоны, и закончилось бы это объединением. Скорее всего, именно это наступило сейчас. А все этот треклятый, невесть откуда объявившийся сталкер Треш – он стал искрой в пороховой бочке… Хотя, может, так сложились обстоятельства – уже поздно было рассуждать. Да и незачем. Крах «Бастиона», начавшийся еще в 2016 году благодаря российскому спецназу ГРУ, теперь завершился окончательно. И ведь какое совпадение! Начал войну с легионерами Истребитель, майор того спецназа Никита Топорков, а закончил ее его сын, Данила Топорков, сталкер по прозвищу Треш. Вот же парадокс какой!
Теперь генералу оставалось уйти из Туманска незамеченным, забрав все нажитое в Зоне добро, встретиться в лесу, в условленном месте, с курьером НАТО, получить от него пять миллионов евро и вместе со Шрамом добраться до портала. А там… Там бесплатный билет в другой мир, в другое время. Здесь его уже ничего не держало. Изменяющая ему на Большой земле супруга, погибшая в автокатастрофе дочь, всегда злое хитрое руководство, которое теперь, после поражения в Туманске, точно отстранит его от командования и вообще лишит званий и регалий. И хуже того, найдет способ умертвить!
И вопрос с изделием. Как быть с ним? Оставлять установку телепортации, с таким трудом отнятую у «Неприкасаемых» в том страшном 2017 году, воякам или этому проныре Трешу означало дать дополнительный шанс врагу очутиться после надвигающегося Судного дня в Армаде. Только не Армада! Только не эти морды там, в другом, новом мире. Ее нужно уничтожить. Любой ценой. Хотя бы ценой жизни Харда или вот этого безмозглого наемника…
– Шрам, попробуйте еще связаться с Хардом. Не верю, что он погиб.
– Но…
– Связь с капитаном Хардом мне! Живее.
– Связиста надыбал, чтоб тебя, – пробурчал Шрам, включая рацию и бубня в эфир одну фразу: – Первый вызывает Второго. Первый вызывает Второго. «Двойка», отзовись…
Эфир молчал, и неизвестно, сколько бы это продолжалось, но вдруг наладонник наемника пискнул. Он отрешенно вынул КПК, провел пальцем по экрану, пару раз нажал ярлыки на нем… и оторопел. Лицо исказилось, голова затряслась, он взглянул на Гроссмана, пытаясь совладать с собой, и промолвил:
– Изделие уничтожено. Треш ликвидировал установку. Сообщение всем абонентам Зоны. Крындец!
Но генерал сдернул с лица очки и широко улыбнулся. А в следующий момент квартиру огласил его дикий, долгий хохот.
– Шеф, мы долго тут пердеть будем? Совсем уже мочи нет, срать хочу, не могу-у!..
