Однако главный прирост в производстве электроэнергии в летнее время я наметила в несколько иной области. В свое время, когда я в той жизни была еще студенткой, мне попалась забавная заметка (то ли в Знании-Силе, то ли в Технике-молодежи, то ли еще где) о том, что для производстве электричества «технически возможно» использовать даже тепло канализационных стоков. Если в качестве теплоносителя в турбинах использовать не воду, а эфир, который кипит при температуре… в общем, от тепла человеческого тела он уже вскипает. И я в КПТ организовала небольшую группу, которая занялась как раз «эфирной энергетикой». Первые успехи у них были… скромными, но обнадеживающими: они смогли изготовить капсульную энергоустановку мощностью аж в киловатт. Вообще-то народ над «достижением» посмеялся, но я все же работу не остановила, а наоборот, добавила парням финансирование — и прошлой весной они продемонстрировали вполне работающий агрегат уже на пять мегаватт. Тоже, по большому счету, не ахти уж какое достижение — но их установка, работая от обычной теплосети, позволяла успешно утилизировать почти половину тепловой энергии протекающей воды, а при небольшой дополнительном подогреве (до примерно двухсот градусов) получалась уже сверхкритическая установка, с КПД за пятьдесят процентов.
Обычная тепловая электростанция имеет КПД в районе тридцати-тридцати пяти процентов, а при работе в теплофикационном режиме он поднимается до восьмидесяти, а то и до девяноста процентов — то есть почти пятьдесят пять процентов тратится на получение «полезного тепла». И вот если это «ненужное в летнее время тепло» направить в эфирные генераторы…
Да, эфир — штука взрывоопасная, но в капсулированном генераторе он вообще греется горячей водой и водяным паром. Да, пятимегаваттный генератор в производстве стоил столько же, сколько пятидесятимегаваттный паровой агрегат. Но уже то, что при работе ему вообще топливо не требовалось, делало его уже «экономически обоснованным», а так как такие генераторы в принципе работали тогда, когда потребность в электричестве была высока, а ТЭЦ запускать без них было крайне невыгодным делом, делало их применение весьма интересным. И я, как оказалось, не зря потратила почти двести миллионов рублей на строительства завода, который такие генераторы мог выпускать буквально на конвейере — поэтому Николай Семенович, ознакомившись с результатами их использования на Благовещенской ТЭЦ (там были первые два поставлены) выделил группе разработчиков еще очень приличное финансирование и преобразовал группу в проектный институт. Поставив перед ними задачу «разработки более мощных установок», хотя по предварительным расчетам получалось, что изготовить с приемлемыми затратами агрегаты мощнее десятка мегаватт практически невозможно. Но ведь в принципе никто не запрещает на какой-нибудь ТЭЦ поставить много таких агрегатов…
И не только на ТЭЦ, на любой тепловой электростанции: побочным эффектом от использования «эфирных» блоков стало то, что заметно снизилась потребность в охлаждении воды в паровом контуре, что тоже некоторый положительный экономический эффект обеспечивало. Так что завод сразу запустили на полную мощность, и он уже выпускал по одному блоку в сутки — даже несмотря на то, что на электростанции их планировалось ставить во время летнего ППР. Но зато тогда сразу довольно много станций заметно мощность нарастят, ну а на тех, которые будут позже вводиться в работу, их использование уже заранее предусматривалось. То есть проектные институты срочно пересматривали уже готовые проекты, а заводы потихоньку приступали в производству требуемого оборудования. Например, «Красный котельщик» в Таганроге был озабочен изготовлением теплообменников с «повышенным уровнем защиты» и там весь завод уже буквально на ушах стоял. Но и стоял он совершенно не бесплатно: производство этих теплообменников там курировал КПТ, а комитетские ребята очень хорошо знали и умели применять «современные меры стимулирования производства», так что стройуправление КПТ в Таганроге начало реализовывать довольно интересную программу по части жилищного и социального строительства.
