Вообще-то греки островами не торговали, но можно было подписать договор на аренду небольшого островка сроком до полувека. И островок становился уже «почти частным»: туда, по условиям договора аренды, безусловно допускалась греческая полиция (с соответствующим ордером, конечно), службы морской инспекции — и вообще на острове действовало законодательство Греции. Но Мария поступила еще проще: она отдельно заключила договор с местной полицией и на ее островке появилось даже полицейское отделение (в котором вахтовым способом двое полицейских трудилось), а еще там строилось сразу четыре маяка, и работниками на маяки тоже должны были греки наниматься из морского ведомства. А делала она это вовсе не для «налаживания контактов»: официально она хотела превратить этот голый каменный островок в такой, какими были острова Эгейского моря до того, как древние греки туда коз запустили, то есть весь покрытый деревьями (большей частью кедрами и оливами) — а под это дело там и небольшой порт был обустроен, и много разных корабликов постоянно шастало. А чтобы кораблики друг с другом на тесном рейде не сталкивались, там еще диспетчерская строилась, с довольно мощными радарами…
Но за год с небольшим «владения» Мария там успела выстроить небольшой, но очень неплохой особнячок — и в нем мы очень плодотворно пообщались с донной Изабель Луна де Майоркой. Очень, между прочим, деловой женщиной, на мой взгляд даже более деловой и циничной, чем она была во время нашей первой встречи. Но, возможно, тогда «годы взяли свое», а теперь довольно молодая дама была готова горы сворачивать и разные там «моральные принципы» и «классовая солидарность» для нее были пустым звуком. На и все прочее подобное ей плевать было: когда я ей сначала вкратце изложила суть нашей авантюры, она целиком переключилась именно на бизнес, а товарища Судоплатова своими интервью почти и не тиранила. То есть за ужином она все же три дня его о разном расспрашивала (и её интересовала вовсе не работа Павла Анатольевича, а его «взгляды на жизнь»), так что лично я свою часть программы выполнила как раз за три дня — а после этого мы мирно разбежались ее как-то воплощать.
И воплощение ее шло довольно успешно, но я все больше думала не о том, как и что для достижения успеха в этом непростом деле сделает мексиканка, а о том, что мне по пути на остров рассказал Павел Анатольевич и что рассказал мне дед уже когда я с ним в начале января летела в Пхеньян. А Павлу Анатольевичу я чуть ли не машинально задала давно мучивший меня вопрос. То есть не то, чтобы я ночи не спала, размышляя над вариантами ответа, просто было интересно в плане «общей эрудиции» — а тут просто в разговоре тему затронули и у меня вырвалось:
— Но я вот одного понять не могу: за что товарищ Сталин Абакумова-то наказал? То есть за что именно, я знаю, а вот как Виктор Семенович дошел до жизни такой…
— Я точно не знаю, но сионисты на чем-то его подловили и он под их диктовку дела против сионистского центра начал разваливать. А подловили, насколько мне известно, угрожая его семье — но тогда я в другой структуре работал, этим делом вообще не занимался, просто слышал мельком о нем, так что могу и напутать, так что если вам это действительно важно знать, то порасспрашивайте лучше товарища Сергачева, то есть…
— Я поняла, но нет, я просто поинтересовалась чтобы разговор поддержать. Меня-то больше интересует, получится ли эту сеньору Луну уговорить.
— А что, кроме нее во всей Мексике нет заинтересованных в таком деле людей? Вроде выгода для капиталиста изначально видна немаленькая.
— Есть люди, но… Чтобы все это сработало, нужно чтобы янки некоторое время, по крайней мере до тех пор пока завод не заработает на полную мощность, на него внимания не обращали и строительству не препятствовали. Оборудование-то все туда американской закупать предполагается, так что нагадить янки могут быстро и довольно сильно — а вот на женщин в бизнесе они внимания практически вообще не обращают, считают, что у них ничего серьезного получиться не может. Даже при том, что в сотне самых богатых людей Мексики, например, женщин насчитывается двадцать четыре или двадцать шесть человек, тут год на год не приходится. А в международной торговле, если не считать Марию Эстраду, у нее самые большие размеры бизнеса, хотя Эстраду можно и не считать, она там только номинальным владельцем числится.
— Вот через номинальную…
— Нельзя: как раз о ней янки точно знают, что весь ее бизнес на СССР завязан и любые ее новые затеи привлекут очень пристальное внимание. А тетка, которая половину Америки снабжает дешевым бельем, ни малейшего интереса у тех же спецслужб не вызовет. Поначалу не вызовет, а когда завод всерьез уже заработает, то ее и правительство страны опекать начнет: как же, первый мексиканский автозавод!
