Разговор этот состоялся, когда мы ехали на «такси» в аэропорт Внуково и, поскольку мы в Вену летели обычным рейсом «Аэрофлота», продолжения не имел. На самом деле мы с дедом заранее все чисто «экономические» последствия нашей авантюры товарищу Судоплатову подробно расписали, но он все же был профессионалом и постоянно старался всякие мелочи уточнить: в его-то работе мелочей вообще не было. А в Греции все прошло даже лучше, чем я ожидала: Бель уже в процессе переговоров сделала несколько очень интересных предложений, основанных на ее глубоком знании родных мексиканских законов. Например, она сказала, что на время налаживания производства ввозимые детали грузовиков вообще никакими пошлинами не облагаются, так что первые несколько тысяч машин можно будет просто на месте собирать полностью из советских комплектующих. То есть такие внутри Мексики продавать все же будет просто так нельзя, но вот если их сразу за границу отправлять, то таким образом до десятка тысяч грузовиков можно будет собрать. А заодно она сообщила (поскольку сама же бэушные грузовики ввозила массово), что новенький автомобиль на гарантии ценой в шестьдесят тысяч песо просто полностью вытеснит на внутреннем рынке страны «американцев» (те в подержанном виде без гарантии продавались от девяноста до ста двадцати тысяч), так что стоит закладываться на производственную программу минимум в двадцать пять тысяч машин в год (а мы считали, что и пятнадцати будет за глаза). И сама же быстро подсчитала потребность в сервисных центрах, причем даже придумала, как их организовать «бесплатно» — то есть бесплатно для себя и для нас. И, кстати, сама же предложила и вырученные за грузовики средства «конвертировать» в нужные в СССР товары по очень выгодному курсу. Себя она, конечно, при этом тоже не забыла…
Мы согласовали тексты всех необходимых договоров (подписывать их потом дед в нашем посольстве в Мексике будет, чтобы опять «не привлекать лишнего внимания» к нашему греческому островку) и я домой вернулась еще до Нового года. И праздновали мы этот Новый, семьдесят пятый уже год действительно «всей семьей». В Москву мама с Олиными сыновьями приехали, Олин муж конечно, а еще сразу четыре Сережиных сестры наведались с примерно десятком его племянников и племянниц. В общем, весело все провели время — а второго января все вернулись к работе.
Теперь поездка в Москву для всех труда не представляла и времени тоже много не занимала: все куда нужно самолетами добирались. В Москве (точнее, в Московском авиаузле) действовало шесть аэропортов местных линий, и рейс из Богородска вообще выполнялся на Ходынку. Маме с Олиной родней пришлось все же лететь с пересадкой (ну не было прямых рейсов в Москву из Благовещенска), но они на перелеты времени тратили даже меньше: из Уфы в Москву летали самолеты Ар-22 (очень мне напомнившие Ту-134, но все же немного другие), и выполнялось там по четыре рейса в день, по два утром и два вечером. Причем второй утренний считался именно «пересадочным», к его отлету прилетали как раз все местные самолеты из районов, а первый вечерний прилетал за час до отправки всех местных вечерних рейсов в другие города области, так что и пересадка много времени не занимала. А из Богородска летали в Москву самолеты именно «местных авиалиний», турбовинтовые и неспешные…
Мне вся эта массовая авиация очень в работе помогала: аэродромы (и аэропорты) почти в каждом городе страны появились, если куда-то нужно было по делам слетать, то проблем вообще не возникало. А если лететь нужно было далеко, то и это было не особо сложно: реактивная авиация уже доставляла во все областные центры Союза и в очень многие просто «большие» города. И даже если рейсы туда выполнялись всего по паре раз в неделю, всегда можно было и спецрейс заказать: аэродромы-то уже готовы были принять почти любой самолет.
Хотя много мне летать и не требовалось, почти всю работу получалось проводить «дистанционно». С использованием, понятное дело, компьютерных сетей. Сейчас в стране даже официально две таких сети имелось: железнодорожная (к которой были подключены все станции и даже большинство разъездов страны) и «сберкассовская» — к этой вообще все отделения сберкасс были подключены и с большой скоростью к ней же подключались магазины. Потому что расчеты с помощью платежных карт оказались очень удобными и «экономичными»: меньше наличных денег приходилось печатать и чеканить. И новенькие карты, выпуск которых начался в конце семьдесят четвертого, вообще переворот в денежном обороте обещали: в карту вставлялась микросхема, в памяти которой хранилась информация о счете, и с ее помощью можно было расплачиваться даже там, где связи с серверами сберкасс не было. Сейчас в опытном порядке даже на турникеты в метро начали ставить читалки для таких карт, и народу это понравилось: отпала нужда стоять в очередях в кассах или к разменным автоматам. Пока что карты были контактными, но работы по выдумыванию бесконтактных карт тоже усиленно велись.
