Распахнула. И шумно выдохнула. В коридоре было пусто.
С Тимофеем они почти поругались. Он никак не мог взять в толк, что так напугало Веронику.
"Кто-то просто ошибся дверью. Понял, например, что пришёл не на свой этаж, в гостиницах такое случается сплошь и рядом. Прими седативное и ложись спать".
Донести до Тиши причину своей тревоги Вероника так и не сумела. Видимо, потому, что толком не понимала её сама.
Хотя разговор с Тимофеем взбодрил – как было всегда, когда они спорили. Сердитость прогнала страх. И наконец-то захотелось спать.
Вероника завернулась в одеяло, поудобнее пристроила под головой тощую подушку. Мысли снова невольно вернулись к той девушке, Нинель.
Симпатичная блондинка с короткой стрижкой, упрямым подбородком и живыми ясными глазами. Спортсменка, отличница, комсомольская активистка, первая всегда и во всем… И впрямь чем-то похожа на неё саму. Хотя, конечно, представить себе обстоятельства, которые могли бы загнать её, Веронику, в конце января на Северный Урал, не смогла бы при всей мощи своего воображения. А Нинель устремилась навстречу этому кошмару добровольно и с песней. Бр-р-р…
Холод, бесконечная белизна. Снег. Горы. И жуткое, ни на секунду не покидающее чувство: за ними кто-то следит. Не отводит жестокого, пронизывающего взгляда. Следящий исполнен холодной уверенности: никуда эти дурачки не денутся. Шаг за шагом приближаются к расставленной западне. Летят, словно мотыльки на огонь – ведомые инстинктом, не в силах ни остановиться, ни свернуть. Они обречены. Они нарушили его покой, и расплата неизбежна.
Как же ей тяжело. Как холодно, страшно! А признаться в своём страхе нельзя – как нельзя повернуть назад. Что-то жуткое, неведомое подступает всё ближе. Древние идолы ухмыляются окровавленными губами, закатываются в беззвучном смехе. Они дождались добычи!
Наваливаются. Душат…
Вероника проснулась от собственного крика. Села на кровати, обвела взглядом освещённую комнату – пока ещё не понимая, кто она такая и где находится.
И услышала топот шагов в коридоре. Ручку двери дёрнули.
Вероника завизжала. А дверь открылась тут же, даже не попытавшись воспротивиться.
– Ты с ума сошёл?! Я думала, у меня сердце остановится!
Саша вздохнул.
– С ума сходишь ты, причём совершенно явно. Утром я тебе уже бы психиатричку вызывал. Ты себя в зеркале видела?
– Нет. И не хочу.
– Правильно. И не надо.
Саша отпустил её руки.
В дверь номера требовательно постучали.
– Откройте, администрация! – запыхавшийся женский голос. – Что у вас за шум? Соседи жалуются!
Вероника фыркнула.
– Ну надо же. А я-то думала, тут вымерли все…
– Я открою. Сиди.
Саша поднялся и пошёл к двери раньше, чем Вероника успела возразить.
– Лейтенант Зубарев, уголовный розыск, – услышала знакомую скороговорку. Одновременно с этим Саша, должно быть, предъявил удостоверение. – Совместно с представителем свободной прессы проводится следственный эксперимент. Извините за шум, больше не повторится.
– Э-э-э…
– Вы могли бы засвидетельствовать проведение следственного эксперимента? Много времени не займёт. Собственно, мероприятие уже закончено, осталось только протокольчик написать. Часа два-три, не дольше.
– Я… У меня… Я на дежурстве! – быстро сообразила "администрация". – Не могу покидать!
– Вообще, как представитель власти, я мог бы настоять… – в голосе Саши прорезалось сомнение. – Но, учитывая обстоятельства…
– Ой, не надо, пожалуйста! Знаю я ваши два часа, до утра растянется. А у меня утром заезд, большая экскурсионная группа. Если там подписать что-то надо…
– Подпишете?
– Конечно, о чём разговор!
– Договорились. Я тогда после завтрака зайду. Доброй ночи.
Саша захлопнул дверь. Вероника подняла руки и беззвучно поаплодировала.
– Лихо ты её спровадил.
– Игнатьича нашего школа. Хочешь, чтобы человек тебе не мешал – зови его в понятые.
– А как ты здесь вообще оказался? – спохватилась Вероника.
Саша был одет в футболку и треники, ноги – в белых гостиничных тапочках. Явно не с улицы прибежал.
– Не поверишь. Так же, как ты. Прилетел на самолёте.
– А откуда узнал, что я остановилась здесь? В этой гостинице, в этом номере?
Саша посмотрел укоризненно.
– Н-да. Крепко тебя накрыло… Забыла, где я работаю? Найти человека, который, остановившись в гостинице, регистрируется по паспорту – вопрос пары минут. Я сюда подходил часа два назад. Посмотрел, послушал – под дверью темнота, за дверью тихо. Решил, что спишь, не стал будить. Думаю, завтра зайду… Ты чего?
– Ничего, – процедила Вероника. Сейчас, в присутствии Саши, собственный недавний страх показался ужасной глупостью. – А как ты дверь открыл?
– Да есть способы. При моей работе многие интересные навыки осваивать приходится… Лучше скажи, почему ты кричала?
– Кошмар приснился.
– Понял… Ща, погоди. В номер за успокоительным сгоняю.
Успокоительное оказалось коньяком. И чайные пакетики Саша тоже принёс. И сахар. И шоколадку с марципановой начинкой.
– А говорил, что чай не пьёшь, – пробормотала Вероника.
– Так я не для себя запасался.
– А для кого?
– Ну мало ли, кто в гости бы зашёл. – Саша подмигнул.
