Гордость и предупреждение полностью

Татум не совсем так думала, но в том, что Вертинский – мудак, она не сомневалась. Продукт современных ценностей, мальчик-шлюха. Тот, кто выстроил личный бренд и разорвал шаблон, – девчонки считали за честь лечь с таким в постель.

Была бы Тат умнее или заботилась о репутации… спать с ним не стала бы. Вертинский – наихудший вариант для людей с мозгами начать учебный год в новом университете. С такими надо дружить, а не спать. Но Татум плевала на здравый смысл. Ей так хотелось. Изменить ничего нельзя – наслаждайся.

Крис ухмыльнулся и отправил Дрейк только что сделанное селфи, на котором он облизывает губы и подмигивает в камеру. Как бы в доказательство своей идеальности.

Татум не нравились сладкие мальчики. Ей нравились зрелые, знающие себе и другим цену парни, отвечающие за свои слова и не прожигающие свои жизни в клубах.

Татум фыркнула. Ей не нравилось, что она ошибалась на счет глупого-бабника-Примуса. Мозги у него были. И предательская улыбка расползлась на лице.

Крис улыбнулся. Ему нравились умные девочки.

Из размышлений по поводу того, в каких еще позах можно поиметь Дрейк, его выдернул телефонный звонок.

Марк посреди ночи просто так не звонил. В голосе друга были слышны пьяные нотки, но он был сосредоточен: Якудзы напали на одного из Примусов, парню крепко досталось. Месть за утопленный фургон.

Крис скомканно попрощался, пнул мусорный бак, вымещая злость. Предводитель Якудз – Виктор – конченый ублюдок, не знающий границ. С Крисом они пересекались два раза, но всегда с большими побочными эффектами.

Вика Крис ненавидел на идеологическом уровне. Отчаянно – так, как впадают в состояние аффекта и наносят сорок ножевых. Марк старался свести до минимума их пересечения, потому что знал: чуть что – оба готовы убить.

Тат еще раз посмотрела на присланное Крисом селфи и уже собиралась сладко уснуть, но на телефон пришло сообщение.

Татум бросило в холодный пот. Что посеешь, то и пожнешь.

Виктору Дрейк не ответила. Делала вид, что не перенесла его номер в новый телефон, внушала себе, что не поняла, от кого сообщение.

Молчание в эфире не могло длиться вечно, Дрейк понимала, что ее игра в дурочку выдержит максимум пару недель, затем придется объясниться. И встретиться. Татум отчаянно оттягивала этот момент, вздрагивая от каждой вибрации смартфона.

Устало хмыкнула над заключительным диалогом Дафны и Осгуда. «В джазе только девушки» она пересматривала в пятисотый раз, с улыбкой провожая взглядом титры.

Откинулась на подушки, вздохнула, уставилась в потолок. «У каждого свои недостатки», – говорил Осгуд и был прав. Но, честное слово, лучше бы ее недостатком был кадык.

Ника проводила вечер пятницы с новыми друзьями из университета, родители всегда возвращались поздно в конце недели. Даже они умели веселиться: ходили вместе на бачату, джазовые концерты и стендапы. Татум гордилась их отношениями, это было необычно на фоне разведенных родителей друзей.

Стрелки часов перевалили за полночь. Телефон звякнул пришедшим сообщением. Татум поджала губы.

Вязкое внутреннее сопротивление не давало сдвинуться с места и посмотреть на имя отправителя. Сомнение Шредингера охватило Дрейк: она рассматривала трещинки на штукатурке, корешки книг на полке в специальных обложках – терпеть не могла цветастую композицию. Торчащие из шкафа рукава кофт, сиреневое постельное белье, разбросанную по рабочему столу косметику.

Постаралась припомнить, когда последний раз за ним работала, а не красилась, не смогла – кровать была завалена тетрадями, ручками и проводами наушников. Покупать новые было лень: Татум адаптером соединяла пару, где работал правый, и пару, где работал левый, представляя себя кибергением в апокалипсисе.

Пока имя отправителя было не узнано, это мог быть не Виктор. Но так не могло продолжаться вечно. Дрейк со стоном поднялась на кровати, разблокировала телефон.

Татум облегченно выдохнула. Это был не Виктор, тревожное ожидание неизбежного можно было с чистой совестью растянуть еще минимум на день. А потом еще на один и еще, пока у парня не лопнет терпение.

Неоправданная тревога толкнула настроение по шкале вверх, Дрейк оживилась. С момента, когда она перепутала чаты и весело поболтала с Вертинским, в течение недели они вяло переписывались: не навязывались, но и не теряли друг друга из виду. И сегодня Крис был тем, кто мог Дрейк дать то, что ей нужно. Ей нужно было расслабиться.

Татум шкодливо улыбнулась. Хохотнула про себя: вместо суши она заказала на дом секс. Этот пятничный вечер обещал выбиться из череды остальных.