– Сама знаешь, люди бывают разные. И если эта женщина и вправду окажется твоей матерью, откуда тебе знать, что она за человек?
– Именно поэтому я и хочу с ней встретиться – посмотреть, кто она такая. Не понимаю, почему ты так негативно к этому относишься? Мне казалось… я думала, ты за меня порадуешься.
– Порадуюсь, когда буду знать, что все хорошо, а пока, скажу честно, мне не столько радостно, сколько тревожно за тебя. Ну и, если честно, мне немного завидно. Потому что это значит, что теперь у тебя есть мать, а у меня нет. Согласись, что это как-то странно.
И вот в этом вся Габи!
– Но ведь ты по-прежнему будешь моей сестрой, – возразила Алекс. – Ничто на свете этого не изменит. К тому же вдруг вы друг другу понравитесь? Нет, она, конечно, не твоя мать, но разве это мешает нам быть как одна семья?
«Ну ты, красотка, загнула», – мысленно одернула себя Алекс. Не удивительно, что ответом в очередной раз ей стало молчание. Да, наверно, зря она вообще завела разговор на эту тему.
– Ладно, боюсь, мне пора, – сказала Алекс, чтобы чем-то заполнить возникшую паузу. – Я тут приехала в дом престарелых, хочу попрощаться с Милли. Если хочешь, поговорим попозже. Про дом и все прочее…
– Скажи, а вы с Джейсоном не могли бы съехать еще до завершения сделки?
Алекс застыла, еще не до конца даже открыв дверь машины. Черт, что бы ей такое сказать в ответ? Увы, кроме голой правды, в голове ничего не нашлось.
– Мы с Джейсоном больше не живем вместе, – объявила она и сама удивилась, как спокойно прозвучали эти слова, хотя каждое отзывалось в душе острой болью. – Он вернулся к жене.
Габи ахнула.
– Ты шутишь! Когда?
– Недели три назад. Я ничего не сказала, потому что не хотелось даже говорить на эту тему. Ну, и кроме того, наверно, я надеялась, что он еще вернется.
– Конечно, вернется! Куда он денется!
Алекс тотчас подумала про вчерашний звонок.
– Даже если и захочет – в чем лично я совсем не уверена, – боюсь, что уже поздно.
И это была горькая правда, от которой, увы, никуда не деться.
– Вот как? Ты уверена?
– Да, я уверена.
– Алекс, извини, я понимаю, как тебе сейчас плохо.
Хотя Габи и права, вдаваться в это совсем не хотелось.
– Ничего, как-нибудь переживу. Для меня куда важнее, что моя мать хочет увидеть меня. Ну и, конечно, найти крышу над головой. Но ты не волнуйся, я не собираюсь срывать тебе продажу дома. Обещаю, что к моменту заключения сделки я уже точно что-нибудь подыщу.
Габи тяжело вздохнула.
– Мне самой неловко, что я выселяю тебя, – заявила она. – Тем более сейчас, когда ты сказала мне про Джейсона.
– Рано или поздно это должно было случиться. Я всегда это знала. Ты же продаешь дом ради детей.
– Да, но я не ожидала, что все произойдет так быстро. С другой стороны, нам повезло, что мы нашли покупателя, готового в нынешних условиях предложить за дом хорошую цену. Скажи, а что ты будешь делать, если выяснится, что все это время твоя мать была с твоим отцом?
При этой мысли Алекс стало не по себе.
– Что ж, наверно, придется преодолеть, так сказать, и этот мост, хотя лично я в это не верю, тем более если вспомнить, что на его совести.
– Ну не знаю. Ты сама говорила, что она может быть с ним. И я соглашалась, видя твою уверенность. В любом случае, если она позвонит…
– Не если, а когда, – поправила она Габи.
– Ну, хорошо, когда она позвонит, ты ведь сообщишь мне?
– Разумеется, какие могут быть вопросы!
– Надеюсь, она окажется такой, какой тебе хотелось бы, – добавила Габи после короткой паузы. – Согласись, иначе было бы обидно.
Получив от Габи минимальную моральную поддержку, Алекс нажала кнопку отбоя и, положив телефон в карман, вошла в двери дома престарелых.
Войдя в комнату Милли, она застала ее дремлющей в кресле – правда, уже одетой для выхода. Редкие седые волосы были зачесаны за уши, в узловатых пальцах – ридикюль.
– С ней все в порядке? – шепотом поинтересовалась Алекс у сиделки.
– Она в полусонном состоянии, – ответила та, – но можете поговорить с ней. Я же пока пойду узнаю, приехала ли уже карета «Скорой помощи».
Личные вещи Милли уже держали путь на север, отчего ее комната казалась пустой и уже покинутой. Впрочем, Алекс не сомневалась: совсем скоро здесь со своими пожитками появится новый обитатель – может, даже уже сегодня, во второй половине дня. Комнаты здесь никогда не пустовали.
Сев на край голого матраса, она развернула Милли к себе лицом.
– Привет! – улыбнулась она, как только старушка чуть приоткрыла веки. – Ты сегодня такая шикарная.
– Ах, так это ты, Алекс, – вздохнула Милли с улыбкой. – На мне сегодня пальто. Я еду в Мексику.
– В Мексику? – удивилась Алекс. Это еще откуда? Наверно, пока Милли дремала, по телевизору рассказывали про путешествия, вот она краем уха и услышала про Мексику.
Милли кивнула и перевела взгляд в угол, где когда-то стоял ее кукольный домик. Впрочем, уже в следующий миг она снова смежила веки. Голова безвольно упала на грудь.
