Я вопросительно посмотрела на Ваню, тот лишь пожал плечами.
– Аня, ты не на том диване сидишь, – с усмешкой в голосе произнес Сережа и похлопал на свои колени.
– Не нарывайся! – тихо сказал Ваня и по его глазам, в которых полыхала ярость, я поняла, насколько тяжело ему стоило сдержаться.
– А я тебе ничего и не говорил! – огрызнулся парень, подмигивая мне.
– Парни, перестаньте! – устало сказал директор, не глядя на нас. Он что-то пролистывал в своем телефоне и чуть заметно улыбался.
– Ты только что предложил моей девушке сесть на свои гребаные колени и хочешь, чтобы я никак не реагировал?
Я сжала руку Вани и прошептала успокаивающие слова, но видела, как он был напряжен. Мне показалось, что он чуть слышно считает, чтобы успокоиться.
– Ваня, не реагируй. Сергей просто хочет получить лишние часы воспитательной работы, правда? – Павел Юрьевич стрельнул глазами в сторону дивана напротив.
– Нет, я не хочу.
– Тогда все молчите до прихода своих родителей. А Сотников, Листомиров и Павлова пусть ждут в рекреации за дверью.
Алекс встрепенулся, Ваня нашел в себе силы широко улыбнуться и поблагодарить директора, а я просто была рада оказаться за пределами кабинета. Мы вышли, и тут же рядом с нами оказалась Лиза. Она накинулась с объятиями на Алекса, который только и успел повесить наушники на свою шею.
– Ребята, ну что? Что вам будет?
– Ничего не будет, – сказал Ваня, держа меня за талию и ведя к выходу.
– Постой! – остановилась я. – Мы куда? Нам же нужно ждать…
– Мой папа все уладил по телефону.
Алекс посмотрел на Ваню уничтожающим взглядом и поинтересовался:
– И когда ты собирался сказать мне об этом?
Я тоже удивленно посмотрела на своего парня. Когда Сотников-старший успел провернуть это дело?
– Сейчас и говорю, – улыбаясь, произнес Ваня. – Ты же не спрашивал.
– А что, так можно было? – укоризненно спросил Алекс, явно раздражаясь, но в его взгляде чувствовалось облегчение.
– Можно. Павел Юрьевич – дальний друг моего отца.
– И ты мне не говорил?
Ваня лишь лениво пожал плечами, а потом серьезным тоном сказал:
– Спасибо за то, что помог. Я в долгу.
– Чувак, ты в вечном долгу. Особенно после сегодняшнего… Пойду залатывать раны к себе. Лиза, комон.
Мы с Ваней шли по обледеневшей дороге. Еще вчера была оттепель, но сегодня был небольшой морозец, и изо рта шел пар, а дорога покрылась льдом. Когда я прямо спросила Ваню, из-за чего началась драка, он лишь отшутился, сказав, что все войны начинаются из-за женщин, и сменил тему. Я помахивала рюкзаком, который мне заботливо передала Лиза, забрав его из класса, откуда я, сломя голову, выбежала. Ваня придерживал меня за локоть, потому что несколько раз я уже чуть не упала. Его дорогие ботинки на толстой подошве одной известной фирмы не скользили, и он уверенно вел меня за собой. Как всегда. Где-то недалеко взорвалась петарда, и от неожиданно громкого звука я вздрогнула. Ваня с улыбкой поцеловал меня в нос и произнес:
– Аня, ты меня опять удивляешь. Как ты вообще могла ввязаться в драку?
– Так получилось, – скромно сказала я.
– Признайся, что тебе понравилось драться.
– Да, мне понравилось, – вынуждена была признать я.
– Но ты же понимаешь, что так нельзя. Хотя я рад, что ты заступилась за то, что тебе дорого.
– Ваня, у меня к тебе очень неожиданное предложение…
– Твое предложение заключается в том, чтобы оказаться наедине и быть голыми? – с надеждой в голосе спросил Ваня.
– Нет. В смысле, этого я тоже хочу. Но сейчас нам негде оказаться дома наедине. Я хочу сделать татуировку.
– Мм?
– Прямо сейчас! – нетерпеливо сказала я.
– А что скажут твои родители?
– Они не узнают.
Ваня остановился и задумчиво потер подбородок.
– Когда девушка требует чего-то прямо сейчас, нужно исполнять… Но сделай одолжение, не делай тату с моим изображением. Выбери что-нибудь свое.
Я попыталась возразить. Ведь есть же у него тату со мной. На что Ваня напомнил, что делать татуировку больно, и неизвестно, каков порог моей боли. Я согласилась. Моя решимость чуть угасла от произнесенного слова “боль”, но я все равно это сделаю. А если переживу эту татуировку, то следующей будет изображение Вани.
Через несколько часов после пары звонков и вкусного обеда в кафе мы оказались у Ваниного знакомого татуировщика Коли. Это был высокий брутальный молодой человек лет двадцати пяти, на черной футболке которого были вышиты белые черепа. Ваня поздоровался с Колей так, будто они были хорошими приятелями. Я лишь удивленно подняла бровь, сколько же таких необычных знакомых у Вани.
– Коля, я привел новую кровь. Это Аня.
– Я всегда рад новичкам! И я тебя уже знаю, девушка, набитая, на руке моего приятеля, – Коля пожал мне руку. Я слабо улыбнулась. Так вот, кто был автором моей татуировки, на руке Вани. – Что хочешь?
Уверенность покидала меня с каждой минутой, когда я вглядывалась в разрисованные руки моего татуировщика. Казалось, за цветными чернилами я не видела настоящего цвета его кожи.
– Я хочу маленького феникса. – Я несмело посмотрела на Ваню, а тот лишь тепло улыбнулся. Он все понял.