В ванной дымилась вода. Я открыл кран, чтобы добавить туда холодной.
Изабелла долго смотрела на струящийся поток, раскрыв рот.
– Впервые видишь, дикарка? – усмехнулся я и тут же получил злой взгляд. – Это новые технологии, скоро в каждом доме такое будет.
Сам стал раздеваться. Нисколько не смущаясь, скинул всё, оставшись нагим. Медленно залез.
Вода сразу же окутала теплом, горячие потоки сомкнулись, заставляя расслабиться.
– Изабелла! Ты тут ещё?! – рявкнул я, поскольку девушка не произносила ни звука и, кажется, даже не дышала. – Вымой мои волосы и побрей меня.
Я закрыл глаза, услышал вздох облегчения. В её маленькой головке явно роились развратные мыслишки.
– И рассказывай, не молчи! У меня мало времени на всё! Приходится совмещать. Так бы ты и близко ко мне не подошла.
– Что рассказывать?
Я наморщил лоб. Раздражение нарастало. Да ещё и бессонная ночь прибавляла нетерпения.
– Да нечего рассказывать. – Она явно перебирала бутылочки на столике, видимо, что-то нашла, потому что её голос приблизился. – Это знает каждая ведьма. Все у нас занимаются травничеством и зелья хорошие варят. Поэтому и живём долго, выглядим молодо.
Руки коснулись головы, и по коже пробежали мурашки. Она осторожно убирала пряди с моего лба, а я… наслаждался от этих прикосновений.
– Рецепты передаются нам от прабабок. Ведь под волдырями гной и рана. А её надо обработать, да что-то заживляющее положить. Но не только снаружи, нужно и изнутри вылечить.
Девушка поливала мои волосы водой, а я утопал в ощущениях. Усталость волнами накатывала, и уже не было сил ненавидеть. Я позволил себе просто чувствовать и растворяться в этом. Только сегодня. Всего один день.
– Они пришли, мать так рыдала. А я… не могла же я ничего не сделать. Это вы нас за людей не считаете, а у нас чувства есть.
– Правда? – тихо спросил я, а сам проваливался в негу.
Её пальцы втирали мыло в мою голову, размазывая его по длинным прядям.
– Правда, – так же тихо ответила Изабелла. – Вы – варвары. Для вас мы просто сосуды с силой. Но мы тоже люди.
– Это мы-то варвары? Напомню, что ты сегодня впервые увидела кран.
– Уж лучше без крана, но с чистой душой, а у вас грязная. То что вы делаете с ведьмами…
– Вы не лучше, – оборвал я, спорить совсем не хотелось.
Ещё несколько минут девушка перебирала пряди, что-то бормоча, и я позволил себе полностью расслабиться.
Но сожалению она закончила с волосами и теперь смывала остатки мыла. Потом её голос переместился куда-то вбок, и я почувствовал лёгкий холод на щеках. Приоткрыл глаза.
Девушка наносила пальцами пену. Ну хорошо, если хотела пальцами, пусть будет так.
Её прикосновения обжигали. Внутри всё начало стягиваться. Она осторожно прошлась по подбородку, вдоль носа. Коснулась губ и замерла.
Секунду мы смотрели друг на друга. Слышно было наше неровное дыхание.
Но она, мотнув головой, продолжила.
– Я никогда этого не делала… И мне страшно.
– Что не делала?
Снова взгляд. Будто мы говорили о чём-то другом. Тишина, нарушаемая только звуком капель. Невесомый пар между нами. Приятные запахи. И она… Красивая, гордая, непокорная. Напуганная.
– Не брила никого.
Она взяла наваху и поднесла к шее. Я моментально перехватил её руку и дёрнул к себе. От этого она испуганно вдохнула.
Изабелла упала почти на меня. Наши лица находились совсем близко. Так, что я чувствовал жар её дыхания на своих губах.
– Только попробуй сделать что-то не то. Я знаю вас, ведьм. Хотите усыпить бдительность красивыми речами. В этом вы мастерицы. Едва я почувствую, как твоя рука повернулась не в ту сторону…
Я молниеносно перехватил нож, и теперь уже он был у её шеи.
– Ты поняла?
Изабелла сглотнула, в красивых аметистовых глазах появился злой огонёк.
– Если я когда-то подумаю, что ты человек, убей меня этим ножом, – прошипела она.
Я ещё секунду помедлил и отпустил её. Снова развалился, откинув голову.
Действительно не следовало расслабляться. И не хотелось давать повода думать, что я наслаждаюсь прикосновениями. Хотя я врал даже себе.
Буду ненавидеть её завтра.
А моя пытка удовольствием продолжилась. Только теперь в молчании.
Лёгкие касания острой бритвой.
Я слышал шуршание волосков.
Движения Изабеллы были почти нежными, очень осторожными. И меня это… заводило?
Я поймал себя на мысли, что уже не лежу расслабленно. Каждая клеточка напряглась. Но, возможно, всё дело в остром предмете, что сейчас находился в её руках.
Она проводила дорожку за дорожкой. По шее, щекам, подбородку.
А моё сердце стучало всё яростней.
– Ты должна будешь сегодня написать список трав, которые использовала, – решил на что-то переключиться я. – Обучена писать?
– Обучена, – буркнула она.
– И к вечеру тебя отвезут к твоим подруженькам. Они сейчас в резиденции магистра. А то сжарит вас народ, не разобравшись.
– А ты-то по мне слёзы, что ли, лишь будешь, – съехидничала ведьма.
Я открыл глаза и посмотрел на неё:
– Не буду доставать тебя из беды, если попадёшь в неё. Мне на тебя наплевать. Ты правильно сказала – от вас нам нужны только силы. Ты лишь моя вещь. Не дороже щётки, которой я чищу обувь.