Девушка замерла, наши взгляды встретились.
Снова капли разрушали тишину.
Её глаза заблестели, а острый носик покраснел. Но ни слезинки она не проронила. Лишь злобно прожигала взглядом.
Кажется, я перегнул палку. Но она должна была знать своё место. А то будто бы забылась.
– Иди к себе и не высовывайся! – Я отобрал у неё наваху. – Дальше я сам.
Два раза повторять не пришлось.
Всхлипнув, Изабелла убежала из ванной, оставив меня в гнетущей тишине.
Я снова был раздавлен собственными чувствами, за одно мгновение испытав наслаждение, ненависть, разочарование, сожаление… злость. Вот последнее привычно. Кажется, я снова становился собой.
Ведьма что-то успела сделать со мной. Сначала в комнате, теперь здесь.
Я позволял, будто играл с огнём. Мне это нравилось. И одновременно приходил в ужас. Я должен их ненавидеть. Это горело во мне много лет. Отвращение к ведьмам настолько вросло внутрь, стало привычными. Но теперь всё рушилось. Из-за неё.
Я обязательно выясню, что она сделала со мной и тогда не будет ей пощады.
– Да катись он ко всем демонам!
Негодуя, я кинула подушку в стену. Вытащил из постели, обозвал, с грязью смешал, ненормальный инквизитор!
Меня аж трясло после его слов.
Ещё и заставил за ним ухаживать!
Вот надо было чиркнуть ножом по горлу!
Я представила, как мужчина осел бы в ванной и вода стала красной от крови. Только вряд ли бы у меня получилось, скорее наоборот. Вон, как он быстро схватил. Рядом с мужчиной я терялась. Сердце начинало гулко биться. Задерживала дыхание, чтобы не выдать своего смятения. Наверное, это из-за того первого вечера. Масла сработали, и он был нежен. Наше общее возбуждение сыграло с нами злую шутку, но зато я столько сил получила! И видимо, теперь буду это помнить. Но без масел… он полнейший мерзавец. Хоть и симпатичный.
Утро уже вступило в свои права, я переоделась и села составить список трав.
Люди не должны умирать просто так.
Мысли сделали виток и опять вернулись к инквизитору. Он отправляет меня в резиденцию, там я встречусь с Вивиан, а ещё это ближе к магистру, а значит, даже лучше для нашего плана. Но предчувствие неприятно щекотало.
Я быстро начертила руну на зеркале, желая узнать будущее.
Огонь. Страсть. Кровь.
Перед отъездом проверила паренька, он шёл на поправку, а через неделю будет совершенно здоров.
Вещей у меня почти не было, только та одежда, которую выдали по приказу Кристофера, поэтому с небольшой сумкой села в карету и в сопровождении подчинённого синарха, отправилась в дорогу.
До полудня мы успели проделать часть пути, но ехали, не торопясь, и недавно видели город. Я тихо дремала на скамье, наплевав на фыркающего молодого инквизитора. Тот не сводил с меня сурового взгляда, словно опасался, что я сейчас его проклинать начну.
Вдруг карета остановилась.
Парень недовольно отодвинул шторку и выглянул в окошко.
Ругнулся под нос и спешно покинул карету, бросил мне:
– Сиди тихо, ведьма.
Я тут же прилипла к окну, страсть как было любопытно.
Нас остановила толпа крестьян, они обступили экипаж и не давали вознице проехать.
Увидев инквизитора, стали ему что-то орать, но из-за общего шума, я плохо могла разобрать: жаловались ли они или ругались.
Ксенолит начал выходить из себя, я видела, что он побледнел. Приоткрыла дверь, желая услышать разговор.
– Это приказ самого синарха! – парень отбивался от людей.
– Он обещал разобраться!
– Так и разберётся! Что вы от меня хотите!
– Ведьму надо сжечь! – раздался визг из толпы, и тут же его подхватили все.
Что? Кровь схлынула с лица. Предсказанный огонь замаячил для меня.
Я сглотнула, стараясь не дышать.
Но нет. Они знали.
Дверь распахнулась и двое мужчин выволокли меня наружу.
Я сопротивлялась, подступала паника.
– Это она! Она навела хворь! – заверещала женщина.
Я перестала пытаться пнуть мужика, державшего меня справа, и обернулась на показавшийся знакомым голос. Кричала и тыкала пальцем с грязным, обломанным ногтем, мать спасённого вчера паренька.
– Твой сын выздоровел! Я спасла ему жизнь!
– Сначала прокляла, а потом спасла! Тварь!
– Ты головой ударилась?! Я раньше вас и не видела! Вот и людская благодарность!
– Жрец сказал, что теперь в моём Мале сидит демон! Это ты его туда подсадила!
– Сжечь ведьму! Сжечь ведьму! Сжечь ведьму! – скандировала толпа, тащившая меня в сторону села.
Молодой инквизитор ничего не мог сделать и метался вокруг.
Он уже орал, что их казнит синарх, но это не останавливало жаждущих моей крови деревенщин.
Перед поселением показался сложенный костёр.
Чьи-то руки сдёрнули платье и туфельки, оставили в нижней сорочке и привязали к столбу, возвышающимся над хворостом.