Вероника кинулась к шкафу, вытащила чемодан и принялась скидывать в него одежду. Прямо как есть, не складывая. Она закончила сборы за час. Первым ее порывом было броситься собирать вещи Мити, но она вовремя остановилась. Была середина дня. Сын играет в детской под присмотром няни. Та немедленно доложит Светлане Георгиевне об их отъезде, а это в планы Вероники не входило. Она рассчитывала уехать по-тихому, затаиться где-нибудь на время. Страсти улягутся, о них забудут. Все снова придет в норму. Эта мысль помогла ей продержаться до вечера.
Как только дом погрузился в сон, Вероника, прихватив чемодан, прокралась в комнату сына. Митя сладко посапывал в постели. Она решила не будить его раньше срока, а то он еще чего доброго поднимет шум. Сложив вещи сына, она присела рядом с ним на кровать. Нежно погладив Митю по голове, позвала его по имени.
— Солнышко, просыпайся. Нам пора ехать.
— Не хочу, — он перевернулся на другой бок и зарылся в одеяло, но Вероника была настойчива.
Игнорируя протесты сына, она скинула одеяло и принялась одевать Митю. Тот почти не сопротивлялся, все еще прибывая во власти сна. Лишь когда она потащила его к двери, он, немного придя в себя, попытался вырваться.
— Куда мы идем?
— Мы уезжаем.
— Куда? — требовал ответа Митя.
— Домой.
Вероника рассчитывала, что ответ удовлетворит сына, но не тут-то было. Его сопротивление стало еще более яростным. Он неожиданно сильно уперся ногами в пол, так что она едва могла сдвинуть его с места.
— Прекрати немедленно или я тебя накажу, — потребовала Вероника.
— Но я не хочу уезжать. Мне здесь нравится.
— Я твоя мама и ты должен меня слушаться. Если я сказала, что мы едем домой, то так и будет.
— Это нечестно, — шмыгнул носом Митя.
— Даже не вздумай плакать, — предупредила Вероника, подталкивая его к лестнице. — На меня это не действует.
На самом деле, еще как действовало. И Митя прекрасно это знал. На то она и мать, чтобы слезы ребенка вызывали у нее сострадание. Но в этот раз Вероника дала себе слово: ни за что не поддаваться. Стиснув зубы, она вывела сына из дома.
Чуть ли не насильно затолкав его на заднее сидение автомобиля, она спрятала чемоданы в багажник и села за руль. Митины всхлипы перешли в рыдания. Вероника бросила взгляд в зеркало заднего вида. Лицо ребенка пошло красными пятнами, глаза припухли, он судорожно хватал ртом воздух. Давно он так горько не плакал.
— Успокойся, — попросила она. — Мы обязательно как-нибудь навестим бабушек. Обещаю.
— Ты уже обещала, что мы сходим на пикник, — сквозь слезы ответил Митя.
— И мы сходим. Я от своих слов не отказываюсь. Просто мы сделаем это дома.
Вероника чувствовала себя чудовищем. Не каждая мать способна довести ребенка до истерики, а потом наблюдать за его страданиями. Последний каплей стала икота, до которой Митю довел плач. Не выдержав, Вероника остановила «Рено» у обочины и перегнулась назад.
— Ну же, не плачь, малыш, — попросила она, вытирая слезы со щек сына. — Я тебя очень сильно люблю. Все наладится, вот увидишь. Если не хочешь ехать домой, не поедем. Давай, навестим тетю Иру. Она же тебе всегда нравилась.
Около получаса она потратила на то, чтобы успокоить сына. Наконец, он уснул. Вероника укрыла его своей курткой и обернулась назад к рулю. Повернула ключ в замке зажигания, нажала на педаль газа, но тут ее ждало горькое разочарование: автомобиль молчал.
— Нашел время, — проворчала она.
Вероника несколько раз пыталась завести машину, но та была глуха к ее мольбам. От дома они отъехали всего на несколько километров. Утром их непременно найдут.
Чувствуя подступы паники, Вероника судорожно искала в сумочке мобильный телефон. Первым ее порывом было позвонить Ирине. Но чем та поможет? От столицы несколько часов пути. Ира не успеет добраться. К тому же у нее нет машины. Подруга считала, что автомобиль в столице − дополнительный источник стресса и приводила в качестве аргумента статистику нервных срывов за рулем. В данный момент Вероника была готова с ней согласиться.
Как это обычно бывает, в руки лезло что угодно, но только не нужная вещь: расческа, кошелек, ключи от квартиры, старая резинка для волос, которую, как Вероника думала, она уже давно потеряла. Вне себя от злости она вытряхнула содержимое сумки на пассажирское сидение. Последним выпавшим из нее предметом был сотовый.
Она оставила вещи валяться на пассажирском сиденье и сосредоточилась на записной книжке мобильника. Пролистывая одно имя за другим, Вероника все отчетливее понимала: ей не к кому обратиться за помощью. Телефон по большей части содержал рабочие номера. Друзей у нее было немного, из них всего один кому можно позвонить среди ночи – вездесущая Ирка.
Вероника совсем было отчаялась, когда наткнулась на новое в записной книжке имя – Сергей. Она забила номер его мобильного телефона в тот день, когда он подвозил ее к адвокату, и совершенно об этом забыла. Удача в кои-то веки улыбнулась ей, щедро вознаградив за годы страданий.
