— Честно говоря, принцесса, ваша подруга не в моём вкусе. Слишком жизнерадостная. Мне с моим характером сложно находиться рядом с такими людьми. Поэтому могу сказать, что вы всё не так поняли. Я не влюбился в неё. Между нами ничего нет. Просто меня заинтересовало её боевое искусство. Показалось очень эффективным. И это первый на моей памяти стиль, который использует ци. Я не мог пройти мимо него. Мне захотелось обучиться блокировке ци. Не только для личного пользования. Я подумал, что с этим стилем мне будет гораздо легче помочь вам заполучить признание собственного отца. — Иногда я прерывался, чтобы коснуться губами Азулы. Я целовал её щёки, ушко, шею, уголки губ, ключицы и ложбинку между грудей, которая открылась, когда халат слегка распахнулся из-за слабо перевязанного пояса. Хоть принцесса и не могла шевелиться, мои прикосновения она была способна ощутить. Поэтому, когда я не целовал её, мои руки нежно поглаживали тело Азулы. Это возымело определённый эффект: щёчки принцессы потихоньку наливались румянцем, а дыхание и сердцебиение учащалось. — Но ваша подруга, как вам уже известно, отказала мне в обучении. Тогда я принял решение самостоятельно постичь данное боевое искусство. Как вы можете заметить, я достиг определённых успехов.
Во взгляде Азулы читалось возмущение. Она была недовольна, что свои «успехи» я показал на ней самой. Проведя ладонью с талии до бедра, поинтересовался у принцессы:
— Вы меня всё ещё ревнуете?
По одному взгляду Азулы было сложно понять, что она думает по этому поводу, поэтому пришлось вновь ударить её «иглой» в шею, точку блокировки всего, что находится выше. Это убрало эффект закупорки узла ци и паралич спал.
— Самостоятельное обучение этому боевому стилю всё равно тебя не прощает. Не прощает того, что ты слишком много крутился вокруг этой Тай Ли, — ответила мне Азула, повернув голову в сторону, чтобы не пересекаться со мной взглядом. Щёчки её были надуты. В голосе всё ещё слышалась ревность, но уже гораздо меньше, чем в начале нашего разговора.
— Я вас понял, принцесса, — она заинтересовано посмотрела на меня и тут же была вновь полностью парализована. — Мне придётся постараться, чтобы вернуть вам настроение.
Возмущенный взгляд Азулы был мне ответом на повторную парализацию. Она явно хотела много чего высказать по этому поводу, но… банально не могла этого сделать. Сейчас её удел как раз заключался в том, чтобы кидать возмущенные взгляды.
— Милая, — само собой вырвалось, когда мой взгляд пал на принцессу.
Я вновь начал покрывать Азулу поцелуями. Могу честно признаться, что хотел заняться сексом с принцессой не только с попыткой её задобрить, но ещё из-за собственного желания. Уже много сотен перерождений меня можно было назвать королём сублимации. Я игнорировал желания бренной плоти и направлял лишнюю энергию на более полезные дела. Но в этом мире… я распробовал женщину вновь. Если в начале секс с принцессой воспринимался скорее в качестве обязанности, которую надо выполнить для осуществления собственного плана, то сейчас это довольно приятный процесс. И я даже согласен был отвлечься от изучения магии, повременить с ней, чтобы провести немного времени с Азулой за этим самым несомненно приятным процессом.
— Принцесса, ваши губы как всегда очень сладкие, — произнёс после поцелуя, ведь даже Азула, как оказалось любит ушами, то есть когда говорят всякие глупости. Но вряд ли она в этом когда-то сама сознается.
Но в поцелуе не хватало перчинки. Обычно принцесса любит побороться за лидерство и шалить, покусывая губы. Сейчас же она этого не могла сделать… Я прикусил нижнюю губу Азулы сам. По телу принцессы пробежала дрожь. Ладонь, что лежала на груди девушки, даже через ткань почувствовала, как затвердел её сосочек. Не одной ей обеспечивать перчинку. Иногда и я могу поиграться.
— Я не знал, что вам такое нравится, принцесса, — притворное удивление возникло на моем лице, которое Азула тут же распознала и покраснела. — А может нам сегодня попробовать что-то новое?
Вообще нынешние мои действия уже можно было отнести к разнообразию нашей половой жизни. Азула обычно не лежала бревном, а активно участвовала в процессе.
Мои руки вновь начали гладить принцессу. Иногда они залезали в такие места, что если бы Азула меня не любила, мои конечности давно бы отрубили. Я приметил, что Азула взглотнула, глядя на меня с вожделением. Паралич судя по всему начал потихоньку спадать…
Я снял с Азулы халат, оставив в одном коротком пеньюаре. Таком же красном, как и сам халат. Руки принцессы были подняты к спинке кровати. Используя халат в качестве верёвки, я зафиксировал их. Азула сама не заметила, как чуть повернула голову, чтобы рассмотреть свои связанные руки.
Я вновь прошёлся по телу принцессы, крепко сжимая её достоинства. Тоненькие бретельки пеньюара были мной вульгарно порваны. Я резко спустил одеяние Азулы до живота, оголяя её прекрасную грудь. Уткнувшись в ложбинку, я вжал руками верхние достоинства принцессы в своё лицо и сделал глубокий вдох.
