Не зря же стрелок отрубил собаке голову, вернее, то, что от нее осталось. Необычный пистолет, прибор бесшумной стрельбы — явный признак профессионала. Но темнота и трава помешали преступнику найти стреляную гильзу, и она осталась лежать в траве.
— И шашкой тоже… — кивнул Родион.
Странный какой-то профессионал работал, и пистолет у него с глушителем, и шашка. Зачем ему один тип оружия, когда имелся другой? Может, для подстраховки до зубов вооружился. Или преступников было двое, один с огнестрельным, другой с холодным оружием?
— Не слышала я выстрела, — качнула головой Майя.
— А отец ваш на Славку подумал?
— Да… А почему ты со мной опять на «вы»? Ты меня допрашиваешь?
— Да нет, просто разговор. Просто официальный разговор, — в раздумье сказал Родион.
— Ну, если официальный, то бывай!
Обиженно надув щечки, Майя вскочила на свой квадроцикл, завела двигатель и с места лихо взяла в карьер.
Фомин еще раз осмотрел место происшествия и неторопливо отправился к реке. Вскоре вышел к дощатой пристани, возле которой Майя оставила свою колесницу. Сама она стояла на краю пристани, в розовом купальнике, стройная, подтянутая, загар плотный, ровный. Длинные волосы, красивая спина, фигура — взгляд не оторвать, но Родион смог взять себя в руки. Он смотрел в сторону, когда Майя вдруг резко повернулась к нему.
— Что вы здесь делаете? — строго и с осуждением спросила она.
— Ты купайся, купайся, — качнул он головой, руками раздвигая камыши, с двух сторон обступившие лодочный причал.
— Тебя забыла спросить! — фыркнула она и оттолкнувшись, красиво, ласточкой нырнула в воду. Ноги у нее сильные, икры крепкие, точеные, но щиколотки тонкие.
Майя вынырнула, Родион нагнулся, взял палку и снова занялся камышами. И ведь чутье его не обмануло, нашел он собачью голову, в камышах и нашел.
Он не ошибся в своем предположении, пуля действительно размозжила череп и даже прошла навылет. Надо будет еще раз осмотреть место происшествия, скорее всего, пуля где-то там, в земле. И на труп надо бы глянуть, возможно, пуля хотя бы зацепила грудь собаки. Должна была задеть при таком угле выстрела. Кровь он там заметил, а рану или хотя бы ожог — нет. Но если пуля задела тело, все равно стрелял человек рослый. Только высокий человек мог выстрелить так, что пуля вошла в голову под углом, близким к прямому. Более того, человек обладал потрясающим хладнокровием, ибо спокойно подпустил к себе собаку на два-три метра и затем уже нажал на спусковой крючок.
Фомин осматривал отсеченную голову, когда к нему подошла Майя, мокрая, в купальнике. Родион мог не переживать за ее здоровье. Солнце уже жарило вовсю, и от земли шло тепло. Он и сам с удовольствием искупался бы.
— Берточка!.. — жалостливо простонала Майя, глядя на отрубленную голову, и тут же зло воскликнула: — Какая сволочь это сделала?!
— Это я и пытаюсь выяснить. А ты убегаешь от меня.
— А если мне с тобой неинтересно?
Родион усмехнулся. Определенно, вредность родилась раньше Майи.
— Ну что ж, тогда мне пора, — развел руками он. — Отец, мать дома?
— Зачем отец? Он, что ли, Берту нашел? — обиженно спросила девушка.
— А кто нашел?
— Я нашла. Мы с Семеном нашли. Пошли за Бертой, смотрим, лежит… Семен — мой жених, — немного подумав, пояснила Майя.
— Это хорошо.
— Что хорошо? Что Семен — мой жених?
— И это тоже… Хорошо, что не сама пошла… На пристань не ходили?
— Нет.
— Может, слышали что-то? Шум двигателя, мотора.
Убийца собаки мог следовать к пристани, вышел к ней, а затем уже двинулся по тропинке вдоль берега и отклонился от основного маршрута, чтобы забросить голову подальше в камыши, чтобы ее не нашли.
Преступники могли уйти рекой, на лодке, или на машине — по дороге, которая тянулась вдоль береговой линии, где-то у станицы сливаясь с проселком, шедшим от дома Туманова.
— Да нет, не слышали, тихо было, — пожала плечами Майя и вдруг до нее дошло: — А в Берту что, правда стреляли?
— Очень меткий выстрел.
— Из ружья?
— Будем разбираться.
Родион не стал говорить о гильзе, которую нашел в кустах: ни к чему это.
— И нас могли застрелить?
— Думаю, преступники убрались еще до того, как вы с Семеном вышли к Берте.
— Не знаю, не знаю. Мне показалось, что за кустами кто-то стоит, прячется от нас. А нас могли подкарауливать!
— Где за кустами? — спросил Родион.
— Да там, где лежала Берта. А мы еще шли, болтали. О свадьбе говорили, — зачем-то поделилась подробностями Майя.
Родион кивнул. Надо будет осмотреть кусты, за которыми мог прятаться убийца собаки. Интересно, с отрубленной головой он стоял или без? Если без, значит, он сходил к реке и вернулся. Или его дружок. Один остался у реки, а другой вернулся.
— Какая сволочь могла убить Берту? — в раздумье спросила девушка.
— Чем занимается твой отец?
— Ну как чем? Фермерское хозяйство у нас, хлеб выращиваем.
— Криминал не тревожит? Может, дань кому-то платите?
— Дань?… Да нет, я бы знала… Нормально все, спокойно.
— И никто не угрожает? Ничего не требует?
— Говорю же, все спокойно.
— Будем считать, убийство собаки случайность, — закругляя разговор, пожал плечами Родион.
